– Очередной ремонт? – понимающе уточнил я, зная, что как только в семействе брата ожидается пополнение, его жена бросает все дела и начинает едва ли не заново по болтикам разбирать их дом.
– Переживу, – улыбнулся Рашхан. – Главное, чтобы Ева была счастлива.
В голосе грозного адмирала, которым все привыкли видеть моего брата, прорезались непривычные нотки нежности. В этот момент за его спиной раздались рассерженные голоса племянников.
– Опять драка! Я всю неделю только и успеваю, что носы этим сорванцам лечить! – вздохнул Рашхан.
– Кто-то безумно сильно хотел сыновей, Вселенная тебя услышала, – веселясь от души, заметил я.
– Ничего, вот родится у тебя мальчик…
– Мы девочку ждем, – широко улыбаясь, напомнил я.
Из гостиной Рашхана послышался вой и грохот, и он, не прощаясь, отключил лиар, явно перемещаясь к сыновьям.
Я же, едва сбросил вызов, вышел из кладовой комнаты, решив проверить, как там Миранда. Еще час назад она уснула прямо в гостиной, и я укрыл ее пледом и затемнил помещение, чтобы как следует отдохнула.
Вот же непоседа! Сдается, и дочка будет в нее. От этой мысли меня затопило нежностью и еще большим желанием увидеть свою кареглазую.
Я нашел Миранду, замершую возле законченной мной сегодня утром статуи, в практически пустой мастерской. Все остальные мои работы, за исключением этой, как и творения моей жены, сейчас находились на нашей совместной выставке в Звездной Галерее.
Эту статую в подарок для Миранды я создавал долго и кропотливо, старательно передавая такие любимые черты моей искорки, изученные за эти годы так, как ничьи другие.
– Нравится? – спросил почти шепотом.
Она обернулась, вытирая ладонью скользнувшую слезинку, так расчувствовалась от моей работы. Мое сердце вновь затопило нежностью.
– Очень. Она прекрасна.
– Это ты прекрасна, кареглазая моя.
Я медленно подошел к ней, обнял свою самую невероятную женщину, вдыхая запах ее волос.
– Никогда не думала, что ты видишь меня такой… – вдруг сказала Миранда, заглядывая в мои глаза. – Такой… У меня даже слов подходящих нет, Крис.
– Светом всей моей жизни, – отозвался я, слегка касаясь ее полураскрытых губ.
– Крис…
– Обожаю тебя до умопомрачения, искорка. Неужели успела забыть? Так я напомню.
Я нашел ее губы, пропадая в этом долгом, пока не сбилось наше дыхание, поцелуе. Порой мне все же так сложно выразить чувства словами.