Сглатываю и отвожу взгляд. Пальцы, покоящиеся на руле, подрагивают. Отрываю ладони от оплетки, и сжимаю их в кулаки, медленно считая про себя до пяти.
Пихаю телефон в карман и вылезаю из машины.
Пока сюда ехал, думал купить цветы. Хорошо, что не повелся на эти мысли. Потому что купить цветы сейчас не просто банально… Нет! Это до рвоты по-уродски.
Хотя приехать сюда тоже не самая умная мысль.
– Привет, – приобнимаю Арину за плечи, вскользь касаясь губами светлой макушки.
Чувствую, как ее ладони пробираются под мою расстегнутую куртку, опоясывая талию поверх футболки.
Арина запрокидывает лицо. Смотрит выжидающе, даже на мыски привстает. Она ждет поцелуя. Я делаю вид, что не понимаю. Тогда она тянется ко мне сама.
К горлу подкатывает тошнота. Не потому, что она хочет поцеловать, а потому что мне стремно ей отвечать после произошедшего.
– Телефон забыл в тачке, – улыбаюсь, аккуратно высвобождаясь из объятий.
Долго я так не продержусь. Но и сказать ей все сегодня…
Пока не могу.
Ни слов не подобрал, ни момент. Плюс день рождения у нее скоро. Она такая счастливая… Если я сейчас скажу, то оболью дерьмом все даже здесь.
Поэтому, стиснув зубы, двигаюсь дальше. Обманываю и ее, и себя.
Второй раз за пять минут хлопаю дверью в тачке и возвращаюсь к Аринке с якобы забытым телефоном.
Сжимаю теплую ладонь и тащу Арину в дом. Неплохо было бы подловить ее мать сейчас. Она сто процентов позовет нас либо есть, либо чай пить. Оставаться с Аришей наедине сегодня мне не стоит, по крайней мере надолго.
"– Тимоша, привет!
Теть Ульяна сидит на диване. Когда мы заходим в гостиную, поворачивает голову.
– Здрасьте, – улыбаюсь.
– Чай будете?
– Нет.
– Да.
Получается противоречиво и хором. Смотрим с Громовой друг на друга. Она прищуривается, мол, какой, на фиг, чай?
Пожимаю плечами, типа, вежливость, все дела.
– Так будете или нет?
Ульяна поднимается на ноги, упирая руки в бока.
– Да, – киваю.
Арина поджимает губы, даже глаза закатывает.
– Поесть не успел, – объясняю, крепче сжимая ее руку.
– Да? А чего не сказал? Мам, – повышает голос, – мы есть хотим.
Жрать я, конечно, не хочу. Но довольно активно наворачиваю ложкой суп. Аринка сидит напротив, подтянув колени к груди. Ее мать нас покинула минут десять назад, ей кто-то позвонил.
– Ты обижаешься?
Арина смотрит в упор. Суп поперек глотки встает.
– Нет, – качнув головой, отламываю кусок хлеба. – Не выспался просто.