Синдрома отличника у меня нет.
– Ты на ужин останешься? Токманы в пять приедут. Ване с Серёжей что-то обсудить еще надо.
– Не, уеду. В семь собираемся. У Анькиного отца новая локация. Будем тестить.
– Катюша тоже едет?
– Само собой.
– Арину позвали?
– Позвали.
– Это хорошо. Вы ее, пожалуйста, поддерживайте как можете. Новый город все-таки.
– Поддержим, – киваю, а сам чувствую острую необходимость побыстрее ее увидеть. Какого черта время идет так медленно?
Как и говорила мама, Токманы приезжают в пять. Катюха заходит в дом с улыбкой.
Пожимаю Ване руку и ухожу наверх за другой курткой. Катька, к моему удивлению, идет следом.
Шаг в шаг за моей спиной топчется.
Терпеть не могу такой близкий контакт. Раздражает, когда люди вьются в зоне моего личного пространства. Места вокруг мало, что ли?
Хотя Катюха это знает. И сто процентов нарочно в затылок дышит.
В гардеробной перебираю шмот. Вытаскиваю кроссовки, куртку, переодеваю футболку. Черную, с распятьем во всю грудь.
– Миленько, – комментит Катя и запускает руки в отсек с кофтами. – Я возьму?
Вытаскивает синий свитшот с надписью «Amen Breaks».
– Бери.
– Сказать мне ничего не хочешь? – прищуривается, просовывая голову в горловину. – М?
– Я извинялся уже. Протупил. Случайно ляпнул. Разозлился…
– Ага, но только вот гадиной в Аринкиных глазах я после этого выгляжу. Я тебе для чего все это вообще говорила? Чтобы ты, – стучит мне по лбу костяшками, – дурья башка, до нее не докапывался и не задирал своими шуточками.
– Сказал же, – сквозь зубы, – разозлился.
– На что, интересно? Что, блин, она тебе сделала?!
– Не она! – ору в ответ. – Бесит, бесит, что они на нее пялятся и…"
"Резко замолкаю. Снова протупил. Снова ляпнул лишнего, только уже в другие ворота.
– Так ты ревнуешь, что ли?
Ухмыляется, гадина. Нет, открыто насмехается.
– Как интересно, а Арина знает?
– Даже не думай…
– Глаз за глаз, – подмигивает и уже с улыбкой до ушей поправляет на себе мою кофту.
– Я тебя когда-нибудь придушу, – выталкиваю Катьку в комнату.
– И я тебя тоже, тоже очень люблю.
Катюха посылает мне воздушный поцелуй и, бросив свою рубашку на кровать, бежит на первый этаж.
– Мам, пап, мы поехали! – орет, как только залетает в гостиную, где Татка с моей матерью о чем-то оживленно болтают.
– Катя, – Тата поворачивает голову. Улыбается. – Ты снова в Тимкиных вещах? А ты! – переводит взгляд на меня.