Она не помогает, потому что в голове всё ещё туман, но больше не от алкоголя, а от недосыпа. Прошлая ночь прошла почти без сна.
Выйдя из ванной комнаты, я не сразу различаю в полумраке посторонний женский силуэт. Осознание приходит позже. Тут же запах сладкий вбивается в ноздри. Тут же раздражение нарастает. Алина какого-то хера здесь. В моей спальне.
Мои бёдра обмотаны полотенцем. Из одежды ничего больше.
— Я тебя не звал, — сообщаю гостье.
— Знаю. Я сама пришла.
— Повторяю для особенно одарённых: я тебя не звал.
Алина встает с кресла и обнимает себя руками за плечи. На удивление почти трезвая — напиться просто не успела. Помню, когда мы только начали встречаться это был самый главный вопрос для спора, который стоял между нами. Так-то она неплохая девчонка была. Веселая, добрая, отзывчивая. На каждое соревнование со мной ездила. Болела искреннее, переживала сильно. Но меня до зубовного скрежета злило, когда Алина трансформировалась в пьяное нечто.
— Ты стал агрессивным и злым.
— Я всегда таким был.
— А мне кажется, что дело в другом, — произносит Алина, немного склонив голову набок. — Где она, Вань?
— А? Кто, Алин? Бутылка?
— Не ёрничай. Ты прекрасно понимаешь о ком речь. Я о девушке твоей говорю."
"Нахожу в кармане пиджака пачку сигарет, закуриваю прямо в комнате. Лишь окно открываю, чтобы было чем дышать.
— Почему она не с тобой? — интересуется Алина.
Я отворачиваюсь спиной к незваной гостье и делаю глубокую затяжку. Пульс учащается.
— Не заставляй меня применять к тебе силу.
— Уйду. Просто понять не могу… Почему твоей девушки нет, когда она так сильно нужна? Ты можешь говорить что угодно, Северов. Защищать её. Мол, дел по горло у твоей Сашеньки или что-то в этом роде. Но я прекрасно вижу, как сильно ты нуждаешься в женском тепле и ласке. Каждому живому человеку она нужна, особенно в такой сложной ситуации.
— Каждый человек переживает горе по-своему. Я, например, видеть никого не хочу. И это не намёк, Алина.
— Бог мой, неужели ты не видишь, что Саша тебя не любит? Если бы любила, она была бы с тобой всегда.
Выбросив окурок в окно, поворачиваюсь к Алине лицом.
— Я тебя люблю, Вань. Десять чёртовых лет люблю. Всё это время без тебя я ни разу не почувствовала себя счастливой.
Она продолжает говорить без остановки при этом нервно расстёгивая боковую молнию ультракороткого чёрного платья.