Мой кровный враг

– Акиль не сказал, почему он нарушил приказ? – спросила Роза.

– Потому что Освальд еще недостаточно окреп.

Это было правдой. Магия магией, но после того, как срастется плоть, приходится восстанавливать силы – а парню так досталось, что даже Алан, пытаясь удержать Освальда среди живых, едва не отправился на тот свет из-за истощения. И все же Ричард подозревал, что Акиль взял Розу с собой не только поэтому. Порой ему казалось, что эльф мог предвидеть будущее, или, как минимум, варианты его. И заранее знал, что они окажутся неподалеку от замка Мортейнов.

После того, как брат унес к себе Кайла, Ричард схватил эльфа за грудки и, не слишком выбирая выражения, поинтересовался, чем он думал, привезя сюда Розу и оставив ее наедине с Рэндольфом. Акиль был спокоен как скала.

«Когда черный огонь ест ногу, ее нужно отрубить, – сказал эльф, после того как Ричард, наконец, выпустил его рубаху. – И затягивать с этим – не милосердие, а издевательство».

– Я должен был рассказать сразу, – Ричард коснулся губами ее волос, на миг растворившись в запахе вербены и мяты, – но не хотел причинять лишней боли, а получилось… как получилось.

Прости меня.

Роза сжала его запястье, Ричард ощутил тепло ее пальцев сквозь кожу перчаток.

– Я бы не поверила, если бы ты рассказал сразу. Это ты меня прости… за все.

Давно простил, в самом деле. Тогда, на постоялом дворе, она умудрилась попасть в самое больное, и он был очень зол, действительно намереваясь позволить ей уйти восвояси, как только вернется. Но гномьи тропы здорово прочищают мозги, заставляя понять, что важно по-настоящему.

– Не знаю, что нашло на отца, но я не буду больше думать о мести. Довольно крови.

Какое-то время они ехали молча. Потом Роза напряглась, заерзала, явно пытаясь отстраниться, пальцы ее больше не вцеплялись в его запястье, а отталкивали.

– Что случилось? – тут же отреагировал Ричард.

Она опустила голову, сказала тихо и виновато:

– Мне нужно кое в чем признаться… и это кое-что тебе не понравится."

"Роза начала рассказывать про то, как лорд Грей – все-таки не зря Алан терпеть не мог этого мерзавца – предлагал ей вернуть титул и земли, в обмен… в обмен на смерть Ричарда и самый жирный кусок удела.

Он видел ее лица, но представлял словно воочию, как она кусает губу, как часто моргает, пытаясь удержать слезы. Она не искала оправданий, не пыталась выгородить себя, просто рассказывала с той отчаянной честностью, которая всегда была ей свойственна.

– Это все? – спокойно поинтересовался Ричард.