Нагретый от наших тел шелк штанов между моих бедер, бархат дублета, ласкающий грудь, когда я прижималась к Рику, металлический холод пуговиц, горячие губы на моих губах, плечах, груди.
– Кричать. На мне. Или подо мной. Но не на меня.
И он в самом деле дал мне повод кричать, когда его руки сминали мои бедра, задавая ритм, когда я вцеплялась в его плечи, когда запах полыни, черной смородины и можжевельника заполнил мир, пока я разум не смыло волной наслаждения и я, наконец не обмякла, ткнувшись носом в его шею.
Мы долго сидели так, обнявшись, слушая дыхание друг друга.
– Я безумно боялась, что ты больше никогда не вернешься, – прошептала я, не поднимая головы. – Не пугай меня так больше. Пожалуйста.
– Как я мог не вернуться к тебе?– Он коснулся губами виска. – Если ты ждешь?
– Я больше никуда не отпущу тебя одного.
– Это я больше никогда не оставлю тебя одну. А то снова во что-нибудь вляпаешься.
– Никогда-никогда?
– Никогда-никогда. – Он погладил меня по голове и вдруг сдавленно охнул.
– Время! Совет уделов! Собирайся скорее!
Глава 31
Я слетела с его колен, подхватывая одежду.
– А мне-то зачем? Собирайся, я помогу, если надо."
"– Я хотел еще вчера сказать, но отвлекся. Королева велела тебе непременно быть сегодня. Искать приглашение, или так поверишь?
Вроде раньше за ним не водилось страсти к дурацким розыгрышам. Ну, если не считать той лягушки. Но мы же выросли.
– Зачем?
Рик покачал головой.
– Извини, я обещал. Наколдовать тебе воду, или сама?
– Сама.
– Что такое?
– Мне нечего надеть.
Рик улыбнулся.
– Лучший твой наряд всегда с тобой.
– Боюсь, в нем не явишься на прием к королеве, – расхохоталась я.
Он тоже рассмеялся, легко коснулся моих губ.
– Когда вернемся, будут тебе и шелка, и платья, если захочешь. А сейчас – не бери в голову. Те, о чьем мнении нужно беспокоиться, оценивают людей не по шитью на платье. Остальные не стоят твоего внимания.
– Когда вернемся, я прекрасно обойдусь без шелков, – пожала я плечами, отправляясь за ширму. – Хранители же не устраивают балы.
– А ты бы хотела?
– Не знаю.