— Вадим, судя по голосу вы несильно стары и нет желания вас называть по отчеству. Уж извините за возможную бестактность.
— Ничего, все в норме.
— Так вот. Я свои условия сказала и менять их не намерена. Вы вроде деловой человек и должны понимать, что условия всегда оговариваются сначала и есть пункты, которые являются значительными в любом договоре. Время работы в данном случае является одним из них, — безапелляционно заявила она, а у друга аж жевалки заходили. Давно с ним в таком тоне никто не разговаривал.
— В любых переговорах третьи лица только мешают.
— Да, знаю, и еще как раз-таки являюсь тем самым третьим лицом, которое помогает двум сторонам договориться. Риелторы в отличии от юристов не коверкают факты и всегда способны свести две стороны и выгодно заключить сделку. При этом обе стороны встречаются лишь однажды, при подписании. Поэтому давайте оставим тему, в которой вам не одержать победы, — уверенно сказалаона, даже снисходительно, как с маленьким.
"— Хорошо. Тогда просто передайте вашей подруге наше предложение полностью. Пусть она сама принимает решение. Мы максимально постараемся со своей стороны переносить все встречи на дневное время, и чтобы лимит не превышал четыре часа, — зло процедил сквозь зубы.
— Хорошо, мы с вами свяжемся, — и сбросила вызов первой.
— И что это было? — первый не выдерживаю я. — Какого лешего ты так с ней поговорил? Где хваленая выдержка?
— Взбесила. Светлан, вы идите домой, наверно. И спасибо вам.
Глава 20
— Мне сегодня по пути домой позвонили из «Оран-строй». Предлагают тебе работу переводчика. Временно. На деловые переговоры, — как-то резко выпаливает эту новость, что закрадываются подозрения.
— Ого. А как они на меня вышли? — но пытаюсь зайти с другого бока, чтобы не нагнетать и все выпытать.
— У моего парикмахера длинный язык.
— Да, давай. Все равно есть возможность отказаться, — делаю вид, что для меня это не так значимо, хотя сама была бы рада. Скучаю я по чистому французскому языку, как оказалось. Да и переводчику могут неплохо оплатить услуги. На горизонте покупка квартиры, глупо отказываться.
— И то верно, — хлопает себя ладошками по коленям и продолжает. — В общем. Две недели работать. Один день двадцать пять тысяч.