Делай что хочешь, но мой сын должен ночевать сегодня дома.
Глава 38
— Все будет хорошо, я отъеду ненадолго. Надо кое-что проверить. Татьяна Дмитриевна, уведите ее в квартиру. Сейчас приедет охрана и присмотрит за вами. Все будет хорошо, — поцеловав меня в макушку спешно идет к парковке.
Мне резко становится плевать на все. Девчонки скрылись в квартирах, Тимофей с сыном на руках стоит недалеко, видимо не хочет казаться трусом. Только вечные три старушки около подъезда даже в таком элитном районе сидят и причитают, какая я безответственная мать, что у меня ребенка увели.
Как оказывается просто взять и перечеркнуть жизнь, когда есть что отнимать. Вот только кому мы нужны? Неужели у Игоря проблемы и его решили грязно шантажировать? Не знаю, все так запутано. Как же хочется оказаться рядом с ним, чтобы, глядя в глаза сказал, что все будет хорошо, он все решит. Это нужно каждую секунду. Чувствовать его уверенность в собственных словах, мощную мужскую энергетику.
Как и ожидалось, охрана около квартиры оказалась быстро и через час Юля с тетей Ксюшей пробивались сквозь громил. Время тянулось мучительно медленно. Вестей нет, а за окном уже вечереет. Спряталась ото всех в комнате. Лучше одной. Не могу смотреть на другие лица, которые тоже боятся. Мне нужно чтобы кто-то был уверен в хорошем исходе, а не как я, боялся звонка с плохими новостями.
Игорь
— Где мой ребенок? — влетев в кабинет Герцена без доклада, схватил эту зажравшуюся тушу за грудки, не заботясь о целостности вещей. — Где?
— Орлов, угомонись. Ты вообще, о чем? Какой ребенок? — пытался вывернуться, но я не давал.
— Не надо из себя дурака строить. Не понимаешь? А я тебе объясню. Твои бандюги сегодня похитили моего сына! Вспомнил? — и швырнул его обратно в стул, боясь не сдержаться и удавить его голыми руками.
— Ты в своем уме, Игорь? Я таким не занимаюсь! — орал в ответ и встал прямо напротив меня, принимая вызов.
— Думаешь я тебе поверю? Да у тебя выучка из далеких блатных годов. Ты же никакими методами не гнушаешься, — и зарядил ему по челюсти, не выдержал такого лицемерия.
— Однако, — потирая скула, он выпрямился и пошел к столу. — Ты не перегибай. Детей и баб я никогда не впрягаю в мужские разборки. Это слишком даже для меня, — и нажал какие-то кнопки на телефоне.