— На память, — сделал фотку и, спрятав телефон в карман, подошел ко мне. — Ты такая красивая, — нежно коснулся щеки, — даже когда чумазая, — и большим пальцем вытер след от муки.
— Ты испачкаешься, — обвила его шею руками и начала ластится к любимому мужчине, который, подхватив меня под бедра, стал устраиваться на гарнитуре.
— Мне все равно на это, — и начал целовать меня.
Сразу страстно, быстро, моментально избавляя от трусиков, и лишь расстегивая рубашку. Сегодня утром он был очень нетерпеливым и резким, но это тоже мне нравилось.
— Ради такого определенно стоило съехаться, — немного придя в себя и соединив наши лбы, он начал играть носиками.
— Ты так говоришь, как будто я впервые тебе готовлю завтрак, — рассмеялась собственным словам.
— Вот так, — и кивнул головой туда, где мы до сих пор были едины, — мы точно ещё ни разу не завтракали, — и рассмеялся тихим грудным смехом.
— Дурачок, — шуточно стукнула его в плечо, пытаясь разъединиться, но меня сильнее прижали.
— Зато твой. Люблю тебя, — и поцеловав, простоял так минут пять.
— У меня пирог сгорит, — попыталась встать со стола.
— Хорошо. Смотри свой пирог и пошли в душ, — промурлыкал этот довольный котяра, снимая меня со стола.
"— Нет уж. Тебе ещё на работу. По одиночке пойдем. Знаю я тебя. Будешь приставать к честной девушке, а мне потом мучайся от угрызений совести. Чеши, я после тебя, — и начала выталкивать его из кухни.
— Бессердечная.
И так у нас пролетели уже три дня. Горячие завтраки. Теплые ужины и бессонные ночи. В перерывах мы обсуждали наши проекты. Почему нам это интересно сами не знаем. Я даже от скуки спроектировала ему крутое благоустройство внутренней территории жилого комплекса.
Каждый день я думала лишь о том, а стоит ли Париж всего этого? Да, у него будет тоже напряженный период. Но ведь это не значит, что мы перестали бы видеться. Просто позже бы приходил, иногда работал по выходным. Ну мотался бы в командировки. Зато я всегда рядом. Возвращался бы ко мне, а не в пустую квартиру. А я бы с радостью его ждала.