Они то и дело пытаются сказать, что-то, но не произносят ни слова. Но увы, шок длится не так долго, как мне бы того хотелось. Сейчас будет еще больше вопросов, на которые я вряд ли смогу ответить.
— Ты серьезно? — спокойно спрашивает Вадим, смотря на меня растерянными глазами.
— Абсолютно. Если он не передумает, придется подчиниться и уйти. Я не гонюсь за его состоянием. Смогу и сам подняться, — слова даются с трудом, но это факт. Я давно принял такое решение и не жалею.
— И тебя не смущает, что придет какой-то левый человек на все готовое и не дай Бог развалит все?
— Нет, Дим.
— Я тебя не понимаю, — машет он головой, но не стремиться в отличии от Олега переубедить. — ты до сих пор ее любишь? — лишь киваю его словам. — Тогда может стоит найти ее?
— Нет. У нее своя жизнь, у меня — своя, — слова срываются с языка быстрее, чем я успеваю, что-то подумать и куда резче, чем мне того хотелось бы.
— Да твою же через кочерыжку. Игорь, так нельзя, — снова взбеленился Олег.
— Ребят, есть причины, по которым я не буду ее искать. Все, закрыли тему. Давайте лучше решать, что еще можем предложить этому чертовому французу, будь он неладен, — устало потер переносицу, уводя нас от больной темы.
— С ценой точно уже играть нельзя. Скидка практически максимальная. Предлагаю это оставить на крайний случай. Единственное, что мы можем предложить, это конструктивную переработку проекта под наши условия.
— Есть один вариант, но он ненадежный, — начала Вадим, пытаясь сам себя убедить в правильности подобранного варианта решения сложившейся ситуации.
— Мы готовы выслушать тебя, — прошу его продолжить.
— Как вариант, можем предложить ему работу без авансового платежа. Фирма выкрутится.
— Мысль неплохая.