Это не просто, так как на моих соленая пелена, и его склоненное ко мне лицо расплывается.
– Во-первых, Лизавета, кончай реветь, – приказывает тихо, – Во-вторых, билет перешли мне свой.
– Какой билет? – всхлипываю, не очень женственно вытирая ладонью нос.
– На «Сапсан» сегодня. Хотелось бы попасть в один вагон. Или хотя бы на тот же поезд.
Я шокировано хлопаю глазами. Он поедет? Правда???
– Только больше чтоб не врала… – бросает Сашка, хмурясь и выуживая из кармана штанов свой телефон.
Пока Сашка, развалившись на пуфе, лазает по сайту РЖД, я так и сижу у его ног на полу.
Между нами висит тягучее молчание, которое я сейчас не готова нарушить. Сашка такой напряженный – как взведенная пружина вибрирует внутри, и это состояние резонирует в воздухе, накрывая нас давящим облаком. Я легонько глажу его коленку, выше к бедру и обратно, не решаясь поднять на самого Сашку взгляд. Только ловлю, как мышцы его ноги послушно каменеют под моими пальцами.
Болезненно хочется прямо сейчас. Просто, чтобы ощутить, что все нормально, что он меня простил, и что эта ситуация никак на нас не отразится. Я так усиленно об этом думаю, что между ног уже давно мокро и горячо, а низ живота так сильно пульсирует прилившей кровью, что, кажется, это даже слышно в тишине кухни. Облизываю пересыхающие губы и пальцами царапаю внутреннюю сторону Сашкиного бедра. Он в ответ дергает ногой, то ли раздраженно, то ли нервно.
И все-таки Саша не просит меня прекратить. Значит он не против, да? Взглянуть ему в лицо и попробовать не решаюсь – предпочитаю вариться в своем тихом болезненном возбуждении. В этом тоже есть определенный кайф.
– Бл…нет билетов, – глухим, надтреснутым голосом бормочет Сашка.
И меня от его интимного тембра окатывает таким жаром, что я не сразу вникаю в слова.
– Да? – эхом отзываюсь.
– Да.
Копается в телефоне дальше, хмуря брови. Я смелею и кладу голову ему на бедро.
Сашка такой горячий, даже через ткань домашних штанов. Чувствую его ускоряющийся пульс, ритмично отдающийся по кровотоку во всем теле. Трусь щекой о пах, сильнее сжимая колено, и ощущаю, как у него встает.