Вы определились с датой? У Юрия Александровича мало свободных окон на этой неделе, но для вас он готов выделить время вне рабочего графика.
— Я сам вам перезвоню с уточнением, Анна, — стерильно холодно, и к моему удивлению — недовольно, роняет Ветров, — мы откорректируем график моих рабочих встреч и я сообщу точнее. А теперь идите. У нас тут регистрация, и я уже слишком долго жду того момента, когда эта Маргаритка станет моей женой.
Как же чудовищно это слышать. И понимать, что все, кто не в курсе ситуации, слышат эту фразу и находят её волнующим признанием…
— Поздравляю, — солнечно улыбается мне ассистентка нотариуса, — вы так потрясающе смотритесь вместе!
— Спасибо, — я неуклюже отвечаю улыбкой на улыбку.
Потрясающе. С Ветровым. Я. Ну, да, конечно. А еще — земля квадратная. Рядом с ним потрясающе будет смотреться модель, звезда, светская дива…
Я — не его поля ягода. Невозможно потрясающе смотреться с мужчиной, которого до трясучки боишься.
Жаль, сказать об этом мне уже некому. За Анной закрывается дверь.
— Что ж, Маргаритка, — Ветров вновь поднимается на ноги, продолжая разыгрывать свой спектакль и протягивает мне руку, — сейчас мы с тобой поженимся. Надеюсь, ты готова?
«Разумеется, нет», — отвечаю глазами.
«Выбора у тебя тоже нет», — его взгляд непреклонен.
— Мне зачитывать торжественную речь или вы хотите обойтись краткой версией? — впервые я слышу звучный голос регистратора.
Краткую. Разумеется, краткую. Какая торжественная речь для сделки купли-продажи?
— Зачитывайте, — Ветров обходит стол и развернувшись берет меня под руку, — чем торжественнее, тем лучше…
Зачем?
Ну просто зачем?
Чтобы тем контрастнее потом смотрелся вопрос: «Так что там с ценой, Цветочек?»
Я слушаю речь регистраторши — она на самом деле глубокая, прочувствованная, сочиненная человеком, который явно очень вдохновляется своей работой.
Я же с трудом стою на ногах, только рука Ветрова, оплетающая мое запястье и заставляет меня держаться.
Это. Все. Закончится.
И я его посажу.
Докажу подлог заявлений и что-нибудь еще, чтоб до кучи и побольше было.
— Согласны ли вы, Владислав, взять в законные жены Маргариту, чтобы быть с ней в горе и радости, богатстве и бедности, болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас?
— Да.
Голос Ветрова спокойный, невозмутимый, лишенный всяческих сомнений.
Регистратор повторяет тот же вопрос для меня. Хватка моего босса на моем запястье становится крепче.