— Уже нет, — отвечаю ему хриплым голосом, растягивая губы в улыбке.
— Папа просил передать тебе поцелуй, я больше не смог терпеть, — касается щеки приятным теплом, вызывая нежные чувства.
Медленно разлепляю веки после сна и замечаю другую половину нашей кровати пустой. На подушке ютится та самая коробка, которую он вчера для меня принёс. От неё струится умопомрачительный цветочный аромат. Грудь мгновенно сдавливает тоской.
— Почему просил? Он уже уехал?
Мысленно хвалю себя за то, что нашла в себе силы перед сном переодеться в пижаму.
— Ага. Сказал, чтобы я вёл себя как мышонок и не шумел.
— Ясно, — разочарованно выдыхаю, но тут же успокаиваюсь, согревая душу мыслью о предстоящем совместном обеде. — Пойдём завтракать, маленький нарушитель порядка?
— Нет. Я уже поел, только папе не говори, что я тебя нечаянно разбудил, — сын неосознанно облизывается, спускаясь с кровати. Босые ступни, шлёпая по ламинату, берут направление в сторону двери.
— Постой! Что ты поел? Когда поел? Почему не разбудили меня раньше, Саш?
Он останавливается у комода, рассматривая необычную статуэтку слона, выполненную из тёмно-красного дерева.
— Ты так сладко спала, мы не решились тебя будить рано утром, — оборачивается ко мне, возвращая своё внимание. — Хочешь, я принесу тебе завтрак? Он всё приготовил.
— Серьезно? — приятное удивление преображает моё сонное лицо. — Папа у нас маг?
Комната наполняется звонким детским смехом.
— Он купил булочки, но они уже остыли. Будешь апельсиновый сок?
Тянусь за мобильником, который чьей-то заботливой рукой был водружён на рядом стоящую тумбочку.
— Чем ты всё это время занимался? — интересуюсь, садясь на постели и откидывая с себя простыню.
— Рассматривал книгу со сказками, наблюдал за птицами из окна, выискивал среди них аистов.
— Опять смотрел свой любимый мультфильм?
— Ага.