— Еще немного, и я плюхнусь на четвереньки и завою от тоски.
— Никак не поладишь со свекровью?
— Даже думать нечего. По большей части она демонстрирует темперамент потревоженной кобры. В остальное время бродит с отрешенным видом, наподобие лунатика или обкурившегося наркомана.
— И не догадывается, отчего ты не вылезаешь из свободных платьев?
— Видимо, нет.
— А сестрица?
— О, Франческа — милашка, и Джованна — тоже."
"Если бы они двое не выполняли роль преграды между мной и Эльвирой, разгорелась бы открытая война.
— Ну, выше нос, лапуля! Если все кругом так активно борются с кризисом, то удача не за горами. И не вздумай беспокоиться о нас. Все тут, конечно, очень по тебе скучают, но мы справляемся, бизнес процветает.
В довершение всего Бенедикт явился и сказал:
— Мне надо на несколько дней тебя покинуть, Кассандра. Есть дело, которое иначе никак не разрешить.
Сердце ее подпрыгнуло от страха.
— Я не вынесу больше! — срывающимся голосом выкрикнула она. — С меня довольно! Ты женился на мне и притащил сюда для блага ребенка и потому, что интересы семьи в первую очередь.
И вот я здесь, пухну день ото дня и пытаюсь сохранить мир с твоей ненормальной мамашей, скрывая тем не менее свою беременность.
— Ничего другого не остается, — ответил он, пытаясь обнять ее.
Она отбросила его руки, утерла злые слезы с глаз.
— Нет. Так не будет. Не стану я ждать, когда твое истерзанное тело принесут обратно. Не желаю остаться вдовой, не узнав, что значит — быть женой.
Он нашел точку опоры, упершись в шкаф, преодолел ее сопротивление и сел, усадив ее к себе на колени.
— Не отчаивайся, сага, — взмолился он. — Это последнее дело, а потом я заберу тебя домой. Ты будешь рядом со своими близкими задолго до рождения ребенка, обещаю тебе!
— И ты обещаешь, что и ты там будешь, да?
— Конечно. Ведь это и мой ребенок тоже.
Если бы он только сказал: «Конечно, потому что я люблю тебя!», она согласилась бы на что угодно.