Мой палач. Реквием (СИ)

Пусть лучше на войне, отдавая приказы, видя сотни смертей, но я не думал там о ней!

Эта девочка как яд поселилась в моем каменном сердце, и едва я пригрел ее, выпустила свои шипы прямо мне в глотку.

Она сама, сама ведь сбежала, а я уже однажды поклялся, что если сбежит, не буду Асю трогать. Не буду преследовать, не буду искать. Не смогу просто, ведь если снова увижу, голыми руками задавлю.

За то, что бросила, что обманула, предала так красиво, дав мне призрачную надежду на шанс. Чертов шанс которого у меня никогда, оказывается, не было!

Я вернулся с войны через год, и если честно, меня там знатно потрепало.

Столько крови, как в этот раз я еще не видел, но мне уже было плевать. Вернувшись, у меня уже не болело внутри.

Там просто застыло все, заморозилось, и мне снова стало хорошо. Я стал прежним, без всех этих масок, и теперь наконец, я могу быть самим собой.

В монахах я вообще не сидел. Я думал, что эту суку быстро выкинул из головы, и порой был в этом уверен, вот только трахая очередную девку, насаживая ее на налитый возбуждением член, я закрывал глаза, и снова представлял ее!

Своего мотылька нежного, ласкового, лживого, и трахал тогда бедную девку до слез, пока она не кончила, и громко не взвыла от экстаза.

Я сам тогда думал, что сдохну. От возбуждения, похоти, боли и тоски. По ней. Девочке с медовыми глазами, которая въелась мне под кожу дозой яда.

Я никогда не влюблялся, не любил никого кроме семьи, но ей я заболел. Хронически, болезненно, неизлечимо.

И эта болезнь под названием “Ася” не проходила. Она прогрессировала с каждым днем, становясь чем-то страшным, темным, опасным даже для меня. И да, сколько бы девок я не ебал после нее, я мог кончить только тогда, когда Асю на их месте представлял. Я специально выбирал похожих на нее, но ни одна не была и близко такой, как моя девочка, такой же чистой и ласковой предательницей, такой охренительной и идеальной тварью для меня. Ни одна не была моей. Как Ася.

***

Как я не старался отвлечь себя делами, моя болезнь начала прогрессировать, поэтому уже через полтора года я сорвался. Захотел увидеть ее. Снова. Как ненормальный, чертов психопат, я начал искать Коршунову. Тайно от всех, даже от Виктора.

Я хотел ее себе снова, я блядь сдыхал без нее, проклиная самого себя за слабость.

Я не мог найти эту суку сначала, и просто охренел, когда увидел Асю случайно на одной из афиш городского центрального театра.