— Оставьте ее! Много ли прока со старухи?
Сам ты старуха!"
"Я распахнула дверь, вылетев из каюты, и оказалась нос к носу с крепким мужчиной, одетым в когда-то богатую, но теперь засаленную одежду. Я и пикнуть не успела, как он ухватил меня за локоть и протащил вверх по лестнице — то есть трапу — на палубу.
Когда я выбралась из полутьмы каюты, куда свет еле пробивался из-за чужого корабля, заслонившего иллюминатор, солнце ослепило, и теперь я видела лишь очертания фигур, но не лица. Морской воздух после духоты каюты кружил голову не хуже вина.
— Сам ты старуха! — выпалила я, сощурившись против солнца.
Ответом мне стал дружный мужской хохот и сдавленная ругань капитана.
— Немолодая вдова, значит, — промурлыкал обладатель баритона.
Проморгавшись, я, наконец, смогла его разглядеть. Высокий, широкоплечий, длинные темные волосы рассыпались по плечам. Свои, не парик: не завиты и не присыпаны пудрой.
Мужчина подошел ближе, приподнял мне подбородок, вглядываясь в лицо серыми глазами.
— Как тебя зовут, сокровище мое?
Жаль, веера нет, стукнуть его по руке. Я дернулась, отстраняясь от бесцеремонного прикосновения.
— Мы не представлены, и я не могу с вами разговаривать.
— Ах, простите. — Его смешок словно бархатом прошелся по коже. Мужчина обернулся. — Господин капитан, представьте меня леди.
— Я не обязан знать всех головорезов Скайдорских морей — процедил капитан.
Он был без шпаги, с прорехой на рукаве, бледный и всклокоченный, но все же не выглядел жалким.
Стоявший по правую руку от него мужчина со шрамом через пол-лица грубо пихнул его в бок.
— Имей уважение к капитану!
Наш капитан скривился, но ничего не ответил.
— Мое имя — Блад. Генри Блад.
Услышав имя пирата, Райт переменился в лице. Я сглотнула вставший в голе ком. Человек, покушавшийся на жизнь королевы, лишенный за это титула и земель и приговоренный к казни. Сбежавший их тюрьмы, из которой, как считалось, нельзя сбежать. Объявивший войну всему флоту королевства Наровль. Человек, за голову которого была назначена награда золотом по весу.