Головы не поднимаю практически до самого обеда, пока меня не отрывает от дел голос Ольги в переговорном устройстве.
— Давид Тагирович, напоминаю, что в два часа у вас совещание по поводу поставок в ресторан.
Черт, с этим суматошным утром все из головы вылетело!
— Спасибо, Ольга.
Надо бы и Тею пригласить, вопросы очень важные, мнение человека со стороны, еще и юриста, точно не помешает.
Решив размяться, заодно и пригласить новую подчиненную на обед, иду к ней в кабинет. Приоткрываю дверь и застываю на месте, как идиот.
— У меня обед через десять минут, давай встретимся в «Афинах»? — Тея стоит ко мне спиной и с кем-то мило переговаривается по телефону. — Хорошо, договорились. Целую.
Целует она, блять!
Глава 21
ДавидЯ определенно кретин и поехал мозгами, потому что через пятнадцать минут после ухода Теи из здания офиса с самым серьезным видом заваливаюсь в «Афины». Мне просто надо убедиться, что Богиня всего лишь встречается здесь со своей подружкой…
Ни хрена.
Едва я вхожу в зал, оглядываясь по сторонам, как Тея тут же приковывает мое внимание.
— Добрый день, могу вам чем-то помочь? — ко мне подходит администратор, которая едва не слепит своей счастливой белоснежной улыбкой.
Я чуть не выпаливаю: «Да, принесите мне топор или ружье», но вовремя беру себя в руки и растягиваю губы в улыбке. Предполагаю, что она напоминает оскал, потому что не могу иначе объяснить, почему улыбчивая Снежана отходит на шаг, и улыбка на ее губах медленно сползает.
— Снежана, будьте так добры, мне столик поближе к окну и меню.
— Х-х-хорошо, сейчас все будет, — заикаясь, лепечет она и проводит к столику, который находится в опасной близости от влюбленной парочки.
Едва падаю на свое место, как скриплю зубами от ярости и черной лютой ревности: ушлепок-Захар успел схватить мою Богиню за руки и сейчас сияет от счастья, как начищенный чайник. А она, сучка, улыбается ему нежно.
Голубки, блять.
Мне приносят заказанный кофе, но я к нему даже не притрагиваюсь. В голове все никак не успокоится мысль, что еще вчера Тея дрожала в моих руках, откровенничала и приняла мою помощь. Нуждалась во мне и не побоялась показаться уязвимой. Настоящей. А сегодня держится за руки уже с другим. Улыбается ему, стреляя глазками. А он взглядом ее пожирает, как будто готов на этом самом столе разложить.
Ничего не меняется со временем.