Про таких обычно говорят «шкаф».
— Он твой личный охранник.
— Зачем? – у меня и так много «свиты» и появление ещё одного человека меня совсем не радует.
— Александр хорошо обучен. Ты теперь под прицелом и я хочу максимально обезопасить тебя, — серьёзно произносит Кирилл, — Пожалуйста, не сопротивляйся.
А ведь мне очень хочется! Однако один молящий тон Юданова всё перебивает.
— Ладно, — недовольно соглашаюсь, — Пусть будет.
— И ещё, — нет, он точно решил меня сегодня довести, — Скорее всего твой отец будет встречать тебя.
И снова Кирилл возвышается в моих глазах. Он даёт мне право выбора. Это подкупает.
— Хочу поговорить, — говорю, после небольшой паузы, — Но, — бросаю взгляд на Стаса, — Если бы поблизости был кто—то….
Мне стыдно. Ведь я боюсь собственного отца. И я не хочу оставаться с ним совсем наедине.
— Стас и Александр всегда буду поблизости, — безапелляционно заявляет Кирилл, — Поехали?
В дороге я молчу.
Только когда мы въезжаем на территорию особняка, становится не по себе. Сколько всего я здесь пережила. Окидываю взглядом стены. Когда—то хотела жить здесь с любимым мужчиной. А в итоге это место стало моей тюрьмой.
— Ничего не бойся, — Кирилл помогает мне выйти, — Рядом надёжные люди. Мы не дадим вас в обиду, — накрывает рукой мой плоский живот. И я не противлюсь. Просто киваю.
— Так, Александр вошёл, теперь можешь идти. Мы со Стасом будем рядом, теребит мои пальцы, а я смотрю ему в глаза, словно они единственный якорь для меня.
— Ладно, — вздыхаю и на ватных ногах направляюсь в дом.
Кирилл оказывается прав. Едва вхожу в дом, как натыкаюсь на отца.
— Доченька! – крепко сжимает меня в объятиях, — Как же я рад, что ты приехала. Умница моя девочка. Всё правильно сделала.
Он разговаривает так, будто не было последних месяцев. Словно не он поставил мне ультиматум, чтобы я могла вернуться домой. Господи, да когда Андрей поднимал на меня руку, папа просто закрывал глаза.