Моя драгоценность

Ложбинку между розовыми полушариями с коралловыми горошинами сосков, спустились на талию и обвели впадинку пупка. Эни тихо млела под его взглядом и ласками, наблюдая сквозь ресницы, почему-то хотелось довольно улыбаться и мурчать, как кошке. А потом…

Уинхилд медленно опустился на колени, оставив ладони чуть ниже талии девушки, и горячие губы проложили дорожку из огненных поцелуев по животу, отчего Эни громко охнула от неожиданности.

– Уин… – просипела она, от волнения и предвкушения, приправленного пряной ноткой смущения, коленки ослабли, и пришлось прислониться к стене.

Он не ответил, занятый очень важным делом – поцелуи спустились ещё ниже, ладони приласкали попку Эоны и провели по бёдрам. Обрывки мыслей заметались вспугнутыми мотыльками, руки девушки метнулись к голове Уинхилда, с намерением отстранить, ведь то, что он делал… Это… Это… Губы и язык маркиза переместились на внутреннюю поверхность бедра Эни, он приподнял её ногу, воспользовавшись смятением своей маленькой леди. А её пальчики беспомощно зарылись в огненно-рыжие пряди, чуть сжали их, и Эона тихо всхлипнула, откинув голову и прислонившись затылком к стене.

Когда же Уинхилд мягко раздвинул мокрые лепестки, и его язык провёл, собирая сладкий сок желания, она только сильнее зажмурилась, длинно застонав, бёдра сами подались навстречу без всякого стыда. Умелая, пикантная ласка заставила забыть обо всём кроме острого удовольствия, пронзавшего каждый раз, как Уин прикасался к чувствительному бугорку. Когда же он аккуратно, нежно прихватил его зубами, одновременно скользнув пальцами внутрь, Эона негромко вскрикнула от пронзившей молнии наслаждения. Кости расплавились, тело стало лёгким-лёгким, горячие мурашки обсыпали кожу, и она изогнулась, вбирая новые, яркие ощущения всем существом."

"Как они переместились на кровать, и когда Уинхилд успел раздеться, затуманенное сознание Эни не отследило. Просто в какой-то момент под спиной она почувствовала прохладу покрывала, а сверху накрыло такое же горячее, как её собственное, тело маркиза.

Губы обжёг нетерпеливый, жадный поцелуй, Уин, не отрываясь от рта Эоны, подхватил её ноги под коленки и поднял. Где-то в самой глубине души ёкнуло, девушка дёрнула головой и вздохнула, немного испуганно уставившись в глаза Уинхилду.

– Будет немножко больно, совсем чуть-чуть, – хрипло выдохнул он, не сводя с неё взгляда.

Ответить Эни не успела, почувствовав, как между ног скользнуло что-то твёрдое и проникло внутрь.