Моя драгоценность

– Не торопись, любовь моя, – нежным, проникновенным шёпотом произнесла девушка и потянула всё ещё пребывающего в лёгком замешательстве Уинхилда к кровати. – Сегодня моя очередь устраивать тебе сюрпризы, супруг мой."

"Уин тяжело сглотнул, усмирив порыв схватить Эону в охапку и уложить на покрывало – ему уже стало интересно, что же задумала его игривая звёздочка. Явно что-то необычное, судя по платью. Эни же остановилась у края, предвкушающая, безумно чувственная улыбка не сходила с её лица, которому разноцветные шарики под потолком придавали таинственный, немного нереальный вид.

Маркиз опомниться не успел, как ловкие пальчики леди справились с ремнём на его штанах, настойчиво потянули рубашку вверх, и Уин послушно поднял руки, позволив Эоне стащить с него одежду. Прохладные ладони медленно провели по его обнажённому торсу, обрисовали рельефные мышцы, заставив Уинхилда тихо зашипеть сквозь стиснутые зубы, и замерли на поясе штанов. Эни демонстративно облизнулась, споро расстегнула пуговицы, и улыбка девушки стала шире. Не сводя с него мерцающих в полутьме глаз, в которых плескалось шальное, пьянящее счастье пополам с предвкушением, она ухватилась за штанины и дёрнула, стягивая их вниз. Плавно опустилась на край кровати… взгляд Эни переместился на плоский живот с тёмной дорожкой, начинавшейся от пупка… Ладони легли на бёдра Уина…

Маркиз задохнулся от догадки, молнией блеснувшей при виде действий его молодой супруги. До сих пор, несмотря на смелость, она всё же не переступала определённых границ в их жарких играх, а Уин и не намекал даже, прекрасно понимая, что в таких вещах торопить никогда не стоит.

– Эни… – вырвалось у него хрипло, когда девушка уверенно, аккуратно сжала гордо вздымавшийся ствол и начала медленно наклоняться.

– Ш-ш-ш-ш, – мягко прошелестел голосок любимой, а в следующий момент Уину стало не до размышлений вообще.

Горячий ротик коснулся самой нежной и чувствительной части его тела, и остались только ощущения, от которых плавились кости, и испарялась кровь.

Ладонь Уинхилда зарылась в шелковистые локоны, глаза прикрылись, а с губ сорвался судорожный вздох – первый, но далеко не последний. Смелые действия Эоны рождали россыпи огненных искр по коже, заставляли нервы натягиваться до предела, а внизу живота всё скрутилось в тугой, горячий узел, с каждым мгновением, каждым движением язычка и губ затягивавшийся сильнее.