Если те же сорок процентов будут у другого владельца, то мне придется договариваться с мелкими акционерами и курс развития компании может круто измениться.
Меня это не устраивало. Я открыл папку и взял в руки фото девочки. Красивая, наивная, с огромными небесно-голубыми глазами, как у олененка.
Она вся дышала юностью, чистотой и … Я остановил сам себя. Не стоит так думать о будущей невестке.
Наверное, я не с того начал. Нужно было Роме показать фото девушки, а потом завести речь о браке.
Тем же вечером я дал ему папку со всей информацией по Милене Солнцевой.
— Утром за завтраком обсудим, — спокойно сказал я.
Рома промолчал в ответ. Только сильнее сжал вилку в руке.
Ничего, побесится да успокоится. Милена, в отличие от его матери, к нему придет невинной, а не после череды охранников. Да и девочка спокойная, домашняя, а не любительница клубов и выпивки, видно сразу. Ему не придется терпеть истерики взбалмошной идиотки.
Знал бы он, как Катя громила дом, когда я запрещал ей беременной ехать в клуб.
Когда очередной ее пьяный загул закончился аварией и сломанной ногой, Катя наконец-то очнулась. Несколько лет мы жили спокойно, тихо, растили сына. Я даже стал к ней привыкать, испытывать привязанность, а потом в нашей жизни появился Рикардо, учитель сальсы. С ним-то моя благоверная и сбежала.
Страстный, не менее взбалмошный и авантюрный, чем она сама, испанец нашел управу на Катю.
Шесть лет назад она вернулась в Россию, приехала на совершеннолетие к сыну. Решила помириться, попросить прощения, что бросила его. Рома не простил, не понял, и общаться с ней не стал. Я знал, что он не доверяет женщинам, особенно тем, которые так похожи на его мать, но эта Милена совсем не такая. Эта девочка сможет залечить его раны, потому что и сама слишком многое потеряла в этой жизни.
В одиннадцать лет осталась без матери и двух старших братьев, с отцом, который прятал взгляд от дочери.
Дядя Тимур отправил дочку в пансионат, лучший в Великобритании. Он не скупился на деньги, но лишил девочку тепла и любви.
Я надеялся, что эти двое смогут понять друг друга. Верил, что Милена может стать для Ромы хорошей женой, но давить на сына не хотел.