— Как она? — спросил я.
— Плохо, — трагично ответил он. — Мы делаем всё возможное, чтобы девушка не впала в кому.
Я хмыкнул и приблизился к Алле. Взглянул на бледное осунувшееся лицо и заметил:
— А почему, доктор, у неё по ноге ползает таракан?
— А-а! — встрепенувшись, заверещала Алла. Мгновенно слетев с кровати, едва не залезла молодому врачу на руки. — Где он? Он ещё на мне? Снимите эту тварь!
Я вздохнул и покачал головой.
— Да, доктор, снимите эту тварь с себя. Она вам потом заплатит за это представление.
Доктор опустил девушку и, став почти пунцовым, выскользнул из палаты. Медсестра недовольно скривилась, но тоже пошла к выходу:
— Вам немедленно стоит вернуться в постель! — строго предупредила она. — Даю пять минут.
— Достаточно двух, — улыбнулся ей.
Когда дверь закрылась, быстро рассказал Алле о заявлении и предложил сделку, на которую девушка, поломавшись для вида, конечно согласилась. Ещё бы! Сумма, которую потребовал пострадавший, достанется ей в качестве откупного.
Исключение в правиле лишь одно. Милена.
Когда я вернулся в палату, то ощутил себя таким уставшим, будто не прошёлся по больнице, а как минимум покорил Эверест. Упав на кровать, сразу провалился в глубокий сон. Спал долго, но часто просыпался. То доктор осматривал и сетовал на ухудшение, то медсестра ругала за несоблюдение режима, то уборщица мешала, то капельницу ставили."
"Когда более-менее пришёл в себя, за окном уже сияло солнце нового дня.
Наверное, она обиделась, что я сбежал тем утром, бросил её. Но я ведь послал цветы. Неужели до сих пор не простила?
Не выдержав, взял телефон и позвонил отцу. Недоступен? Набрал офис. Секретарша ответила, что босс улетел на несколько дней. Сейчас он в самолёте, но как будет на месте, наладит дистанционное руководство.
Я опустил руку и поражённо выдохнул:
— Бали?!
Глава 30. Милена
Бали — самое восхитительное место в мире! Здесь оживают все сказки, легенды, предания, а еще ты начинаешь верить в чудо и осуществление невозможного.
Несколько часов прогулки по острову, сжимая руку Баграта, и я обрела надежду. Такую хрупкую и в то же время сильную. Она шла от самого сердца, стала моим заветным желанием и, казалось, остров услышал ее.