Княжна не такая, как другие, и это подкупило его и заставило обратить внимание. Или он обратил внимание, потому что девушка немыслимо красива? Барон сам не знал, что испытывал больше – интерес к необычной девушке или же желание.
Мужчина сидел спиной к лестнице, когда послышался шорох платья. Повернул голову – Елена. Молодой человек встал с кресла, внимательно оглядывая княжну. Что-то в ней изменилось с их последней встречи – она как будто потухла. Даже глаза не так горели огнём, в них лишь тлели угольки. Серьёзная какая-то, взрослая.
– Добрый день, Елена Олеговна,– сказал он ей, продолжая искать глазами ответы на слишком бледном лице Орловой.
– Здравствуйте, Виктор Альбертович, – она с вызовом смотрела на него, не позволяя подойти слишком близко и не давая возможности прикоснуться к ней.
Сейчас она считала его своим самым настоящим врагом.
Мужчина и женщина смотрели друг на друга. Мужчина в ожидании, женщина – с презрением, будто бы он какое-то мерзкое насекомое.
– Вы приняли решение? – нарушил молчание барон.
Он не намерен отступать.
– О, да, – подняла она брови.
– Итак? – мужчина вытянулся в струну, ожидая ответа.
Со стороны, впрочем, он казался таким же вальяжным и расслабленным, как и при первой их встрече.
– Вы неверно ставите вопрос, барон, – Елена улыбалась ему.
И это была самая ядовитая улыбка, какую приходилось видеть барону на лицах женщин.
– Как правильно?
– «Каков будет ваш положительный ответ, княжна?»
Барон не скрыл победной улыбки:
– Ваш ответ – положительный?
– Это очевидно. Вы не оставили мне выбора. Вы будто охотник, который травит лисицу собаками, гонит её, пока у неё есть силы бежать. А когда лиса устаёт, падает на снег и оказывается в тупике, вы спрашиваете её: «Лисица, лисица, а хочется ли тебе жить?» Лисица отвечает: «Хочется».
– Какое интересное сравнение. Но вы же не зверёк, я не собираюсь делать из вас шубу.
– Вы правы. Я – не зверёк. Я – намного хуже. Просто вещь. Так берите свою вещь и будьте довольны собой.
Барон на миг оторопел – он вовсе не ожидал подобных слов в лицо.
– Я не считаю вас вещью.
– Именно так вы и считаете.