И вроде решал еще что-то, пока ехали, взвешивал, думал.
Жизнь случайной девчонки против беспредела у власти, если меня свалят. Против моей жизни и такой же ни в чем неповинной сестры.
А знал уже. Знал, внутри, где-то очень глубоко понимал, - не смогу.
И только один способ.
Включить ее в свою игру, в свой расклад.
Чтобы меня этой ночью застали именно с ней.
Конечно, я прекрасно знал, что Милена, в обход меня, созвала журналистов.
Хотела закрепить таким образом свои какие-то права, всему миру показать, что мы с ней пара.
Знал, и именно на этом построил свой расчет с алиби.
Уже когда звонил Гордею, запланировал скандал.
Правда, на роль любовницы планировал взять кого-то из своих девочек. Из тех, естественно, которые не засветились раньше. Но… Пришлось переигрывать, иначе девочку было бы не спасти.
Слишком хорошо я знаю Гордея. Слишком давно читаю все по глазам.
Всем понятно, что оставлять свидетеля, еще и в такой взрывной ситуации- безумие, самоубийство. Я знал, что стоит мне отвернуться, как от девчонки не останется ни следа, ни памяти.
Сам не заметил, как перехватило дыхание, когда предложил ей эту сделку. Секс в обмен на безопасность.
Она могла отказаться, - вопило все внутри меня. И пусть даже после того, в какой ситуации я застал ее с Коброй вроде не было причин сомневаться в том, что она выберет, я был не уверен до конца.
Вот чувствовал, насколько тяжело дается ей этот выбор. Чувствовал, и самого все обжигало изнутри.
Я не так бы с ней хотел.
Не по сделке, не ради безопасности и сохранения жизни.
"Не так, - под щелканье фотоаппаратов.
И страх ее, что брызжет из глаз стереть хотелось, кислотой вытравить – ведь самого меня он этой кислотой до костей, до мяса разъедал.
Всего хотелось с ней иначе.
Таких смаковать хочется, удивлять, ласкать и соблазнять, - красиво и открыто. Доводить до грани.
Но, блядь, жизнь не спрашивает, чего на нам хочется. Она ставит нас в такие позы, из которых иногда вариантов выйти почти нет. Только так.
Выдохнул, когда она все же согласилась.
И задохнулся, едва притронувшись.
Глава 45
Опьянел, сдурел от ее запаха. От того, как горела ее шелковая кожа под моими руками.
К соскам ее , к груди прикасался, а самого всего насквозь простреливало. До вспышек перед глазами.
Забыл на какой-то миг обо всем.
Провалился в безумное пламя.
Время остановилось, а я сам из него выпал. Из времени, из себя самого, из ситуации всей этой блядской. Обо всем забыл, пока ее ласкал.