— Блять… Нереально!
Дан хлопает меня по заднице и прижимает к себе на мгновение, я разочарованно стону: очередная спираль удовольствия оборвалась.
— Дан… Даааан! — почти требую.
— Сейчас.
Он приподнимается, но ненадолго, снова опускается и шепчет мне в шею.
— Давай. Добавим удовольствия. Тебе будет вкусно… — и, подняв под попой, опускает, усадив пульсирующей щелочкой на…
АЙРИН ЛАКС - МОЯ! НЕ ОТДАМ - ССЫЛКА!
Глава 13
Глава 13
Ника
— О боже… — выдыхаю.
Между складочек вонзается толстое, твердое копье.
Пальцы Дана покручивают мой клитор, сводя с ума ритмичной лаской. Я словно балансирую на самой вершине, боясь потерять контроль. Пальцы беспомощно скребут ткань футболки Дана. Я цепляюсь за него изо всех сил.
— Телом к телу приятнее, да? — замечает он и останавливается.
Чтобы снять футболку. Мне приходится откатиться немного назад, и между нами оказывается его пульсирующий, твердый член. О боже… При ярком свете он кажется совсем другим, и я не могу не пялиться, разглядывая длинный прямой ствол с покрасневшей головкой, выделившей смазку.
И он обрезан.
— Ты мусульманин?
— Что? — загибает светлую бровь. — Не видела обрезанных не мусульман?
— Но зачем?
— Мы будем обсуждать вопрос моего согласия в возрасте, когда моего согласия никто не собирался спрашивать, или займемся более приятными вещами.
Я отползаю назад на пятой точке. Сделать это невероятно сложно само по себе, плюс мои бедра сильно напряжены, а промежность словно налита горячим свинцом.
— Какая ты забавная… — замечает он, настигнув меня в два счета. — Поднимайся с пола.
Стоит ли говорить, что следом за его предложением подняться с пола следует действие: Дан сам меня поднимает, обхватив под попой.
Движение резкое и быстрое, мне приходится обхватить его торс ногами — это происходит автоматически и так ладно, будто мы много раз проделывали это. Дан одобрительно угукает, хлопнув меня по заднице.
От шлепка кожа горит… приятно и в ушах сильно звенит.
Мое тело прижато к его грудной клетке, тугие соски царапают мощную грудь, покрытую редкими светлыми волосками, которые почти не видны.
Мои ноги оказываются снова широко расставленными по обе стороны от его бедер. Каждый раз, когда я пытаюсь вырваться и просто дернуться в сторону, Дан делает небрежное, и едва заметное, можно даже сказать, игривое движение. Ленивый взмах здоровенной медвежьей лапой, и я остаюсь сидеть ровно там же, где была.
Но все ближе и ближе.