А когда мы вернемся в Лондон, скажем Гарри, что ты не хочешь принимать предложения Мидлтона, и он откажет ему сам.
На лице Мэрис мелькнуло облегчение.
— А Гарри это сделает как, по-твоему?
— Я уверена, что да. В конце концов, он твой брат и опекун. То же самое сделал бы и папа, если бы был жив.
Мэрис улыбнулась, на этот раз совершенно искренне.
— Спасибо, Джулс. Это огромное облегчение.
— А теперь, пожалуйста, следуйте за мной. Мы посетим портретную галерею.
С этими словами миссис Томпсон, пышнотелая краснощекая экономка виконта Мидлтона, вышла из богато украшенного позолотой бального зала и направилась вдоль по длинному коридору второго этажа.
Джулианна с Мэрис, улыбнувшись, переглянулись и пошли вслед за ней вместе с небольшой группой, состоявшей преимущественно из дам, решивших остаться и осмотреть Мидлбрук-Парк. Остальные гости вскоре после завтрака отправились вместе с лордом Мидлтоном на верховую прогулку по обширным землям поместья.
Похоже, виконт надеялся, что Мэрис присоединится к ним, и даже выбрал для нее спокойную кобылу, но она отказалась, сославшись на усталость после долгой поездки из Лондона предыдущим днем.
Хотя Мэрис казалась беззаботной и много улыбалась, Джулианна видела, что нервы у сестры натянуты до предела. Занятый обязанностями хозяина дома, виконт не делал никаких попыток поговорить с ней наедине — пока.
— Портреты, которые вы здесь видите, относятся ко времени правления ее величества королевы Елизаветы, — объясняла миссис Томпсон, пока их группа шагала по длинной портретной галерее, негромко постукивая каблуками по отполированным дубовым половицам. — За отважную и верную службу короне, — продолжала экономка, — ее величество пожаловала эти земли и титул первому виконту Мидлтону, лорду Грегори Сент-Джорджу.
Они медленно шли по галерее. Джулианна смотрела, как перед ее глазами разворачивается история семейства, поколение за поколением, как меняются моды и прически.