— Да-да, конечно. Мне вообще кажется, что он поглядывает на тебя.
— О чём вы разговариваете? — наши девочки возвращаются к нам.
— О том, что историку нравится Полина.
— Что? — спрашивает Соня, пихая Настю в бок. — А он видел твоего мужчину? Он не боится, что ему сломают руки? Он же шкаф двухметровый!
— Он шкаф? — спрашивает Лера.
— О да, двухметровый.
Соню со мной поставили в пару на летней практике, поэтому она видела Стаса.
— Девочки, пожалуйста, не говорите об историке, это неправда. Я ему не нравлюсь.
— Полин, а сколько лет твоему шкафу?
— Двадцать девять.
— О боже, а я сказала, что Валентин Евгеньевич для тебя старый, а ему примерно столько же! Так тебе, оказывается, нравятся мужчины постарше! — она смеётся, заставляя рассмеяться нас с девочками тоже.
— Мне нравится только один мужчина постарше, — улыбаюсь я, когда мы поднимаемся по ступенькам на следующую пару.
***
По дороге к машине я набираю Стаса. Знаю, что он сегодня должен быть дома поздно, но он всё равно любит, если я делюсь с ним планами на день.
— Да, принцесса.
— Стас, я хотела тебе сказать, что поеду к папе сейчас, ладно?
— Ты можешь пригласить его к нам на выходных.
— Я заеду к нему ненадолго. Просто мы давно не виделись.
— Полина, я бы не хотел, чтобы ты ехала туда без меня.
— Почему? Это из-за мамы? — спрашиваю я на автомате, заранее зная ответ. Он не хочет, чтобы мы общались.
Но он её ненавидит даже больше, чем я. Когда он говорил, нет, когда он угрожал ей в квартире после нашей ссоры, я не поняла, что передо мной стоит он, что это его голос. Он был настолько жестоким, что до сих пор у меня дрожь по телу от него.
— Потому что тебе нечего там делать без меня, — строго произносит он. Возможно, если бы он стоял сейчас рядом, я бы почувствовала проявляющуюся на щеках красноту. Но так как мы говорим по телефону, у меня нет такой бурной реакции на его тон.
Хотя его строгость даже через телефон заставляет мой пульс участиться.
— Мамы сейчас нет дома, — лгу ему я, чтобы он успокоился. На самом деле, я не знаю, есть она дома или нет, я просто хочу проведать папу и убедиться, что у него всё хорошо, ведь он категорически отказывается от того, чтобы ему нанимали сиделку. Он с трудом принял то, что Стас купил ему новое кресло, с кучей удобств, каких на старом кресле не было.