— жёстко проговариваю я, пока пересекаю коридор и выхожу к основному, заполненному людьми посещению. Все они расступаются передо мной, давая свободный проход. — Для начала: не ходить где попало с какими-то мелкими ублюдками, которых твой муж может убить.
— Это не смешно, Стас.
Мы выходим на улицу. Двое вышибал на входе стараются на меня не смотреть, чёртов биомусор.
— Ты его избил, — она ругает меня, пока я несу её к машине. — Очень сильно избил.
— Я оставил его в живых.
— Для тебя нормально такое говорить, но для меня нет.
— Использовала? — удивляюсь я, потому что не ожидал, что она скажет подобное.
— Да, использовала. Мне хотелось, чтобы ты разочаровался во мне.
— Я никогда не разочаруюсь в тебе, принцесса. Это невозможно для человека, который готов целовать простыни, на которых ты спала.
— Но ещё больше я хотела сделать тебе больно, — признаётся она, когда я уже усаживаю её на переднее сиденье. — Хотела, чтобы ты тоже испугался меня потерять, хоть и всё это противоречило друг другу.
— Потерять тебя — это единственная вещь, которую я боюсь. И ещё раз ты сделаешь нечто подобное, я запру тебя дома и привяжу к кровати, клянусь тебе.
— Разве это право выбора?
— Да, принцесса. У тебя есть право выбора: быть привязанной к кровати или нет.
Она устало улыбается.
Я пристегиваю ей ремень безопасности и откидываю спинку сиденья, чтобы она могла прилечь.
Я выезжаю и медленно еду в направлении дома. Я даю ей немного времени, чтобы прийти в себя и не слушать мои очередные напоминания о том, что ей от меня не уйти.
Мы почти приехали.
Всю дорогу я смотрю на неё боковым зрением, проклиная всё вокруг. Мне мало её, даже если она сидит рядом. Мне нужно зарыться в её нежном теле, сутками без перерыва вдыхая её сладкий фруктовый аромат.
Прежде чем заехать в гараж и выполнить то, что мне нужно, я останавливаюсь на кирпичной дорожке возле забора и пытаюсь понять, в чём дело.
— Что происходит? Кто там? — спрашивает Полина, беспокойно смотря в окно.
— Подожди меня в машине, малыш. Я сейчас вернусь.
В нескольких метрах от калитки стоит патрульная машина, возле неё двое полицейских, отвечающих за безопасность и кто-то ещё.
— В чём дело? — спрашиваю я.