Я готов прожить всю оставшуюся жизнь в этом моменте, держа её на руках, смотря в её глаза и осмысливая только что сказанные ею слова.
Но мне не удаётся остановить время, каким бы всесильным я ни был.
Она показывает мне тест, который всё это время держала в руке. С несколько секунд я смотрю на высвеченный на нём плюс."
"— Ты рад? Правда же? — невинный вопрос Полины застаёт меня врасплох. Рад ли я, что она беременна? Рад ли, что под сердцем она будет вынашивать нашего ребёнка? Она действительно задаётся этим вопросом? Может думать, что я не рад?
Мои пиздец какие сентиментальные мысли тревожат меня, но этот момент, эта новость не может быть воспринята мною по-другому.
— Ты даже не представляешь, принцесса, — мой лоб легонько соприкасается с её лбом, мои пальцы ещё крепче сжимают её бок. Если я думал, что до этого мою крышу срывало, то сейчас она не просто сорвалась — она превратилась в мелкие обломки, раскромсанные вдоль и поперёк куски металла. — Ты даже не представляешь, насколько сильно я счастлив сейчас.
Я целую её в висок, лоб, влажные от слёз волосы. Я целую её везде, пытаясь успокоить этими поцелуями и подарить ей чувство защищённости.
Ещё один ребёнок.
— У нас будет ещё один ребёнок, — словно читая мои мысли, подтверждает моя девочка. — Хотя… — она запинается, глотая слёзы. — Это ещё не точно, только один тест, но у меня задержка. Мне кажется… Мне кажется, что я беременна.
А мне кажется ещё сильнее.
— И ты так думаешь, несмотря на то, что принимаешь таблетки, принцесса?
— Да, возможно, я могла выпить таблетку чуть позже обычного, а не по графику…
Значит, даже с противозачаточными я смог оплодотворить её.
— Я не могу ждать до завтра, — я слышу адское нетерпение в её голосе. — Мы можем поехать к врачу прямо сейчас и проверить меня? Пока Дамиан у папы.
— Конечно, мы поедем прямо сейчас.
— Из-за этого теста я даже забыла про ужасную боль, хотя еле дошла до спальни, прежде чем набрала тебя.
Ужасные образы того, как она, борясь с болью, пытается дойти до кровати, меня чуть ли не оглушают. Моя бедная девочка, на этой грёбанной работе я не могу быть уверенным, что с ней всё хорошо. Ведь она могла не набрать меня, она могла продолжать терпеть, не в состоянии даже найти таблетку.