- Завтра на смену, так что не надейся от меня избавиться, - подмигиваю ей, - но все может быть, позвоню, если вдруг…
Трель мобильного прерывает меня, Максим быстро рапортует, что они у подъезда. Чувство, будто у меня свидание с любимым, аж дышать трудно. Я не успела выйти из подъезда, как маленькая заплаканная девочка чуть не сбила меня с ног, ждала, когда откроется дверь, чтобы обхватить меня за пояс и выплеснуть в рыданиях боль своей маленькой души.
- Макс, выйди, пожалуйста, нам поговорить надо, - усевшись на заднее сиденье, прижимаю к себе подрагивающее и всхлипывающее тельце дочери, надеясь, что Нечаев не будет возражать. В кафе ехать в таком состоянии невозможно, надо сначала успокоить ребенка.
Мужчина без слов выходит из внедорожника, ходит вокруг, пиная мусор на асфальте. Если бы курил, то затянулся бы, но он всегда считал, что сигареты баловство и придерживался здорового образа жизни.
- Дарьяша, посмотри на меня, - прошу, едва сдерживая слезы, в глазах ребенка такое горе, что аж тошно. – Не надо плакать и жалеть Джилли, она прожила долгую и счастливую жизнь. Папа рассказывал тебе, как она спасала людей?
- Нет, не рассказывал… вот с кем я теперь буду гулять? И играть тоже…
- Хочешь расскажу тебе про подвиги Джилли?
- Хочу! – немного веселеет девочка и я рассказываю ей, долго, все, что могу вспомнить.
Мы не замечаем, как летит время, и как озябший растерянный отец просится в салон авто, а потом и он присоединяется к моему рассказу, добавляя фактов из нашей прошлой жизни. Дарьяна уже не плачет, и даже не хмурится, сыплет вопросами, удивленная, с неприкрытым восторгом в глазах.
- Она и меня спасла, - признаюсь осторожно, поглядывая на водительское сиденье, боясь, что Макс сейчас прервет признание. – Я тогда чуть не утонула, нахлебалась воды в озере, а Джилли приплыла ко мне, я ее обняла за шею, и так мы выплыли.
- Да, я помню… - подает голос Нечаев, задумчив, будто весь в прошлом.