Но отдаст ли Браммер записи моего отца или же прикинется дохлой рыбой, принявшись все отрицать, — этого я не знала. Но понимала, что все может затянуться надолго и что жара и пустыня убьют меня значительно быстрее.
Выходило, пока надеяться я могла только на себя саму. Мне придется выбираться самой, поскольку у меня попросту не оставалось другого выхода.
Но я должна, обязана была его найти! Не могла погибнуть здесь без воды и еды, расплавившись под лучами чужого, яростного солнца, иначе…
Иначе все будет напрасно!
Мой бедный братик, как он без меня? Позаботится ли о нем лорд Корнуэлл так же хорошо, как позаботилась бы я, если наш с дядей договор так и останется невыполненным?
И что будет с Аронделом? По своей глупости я отложила разговор с Джеймсом — как теперь он узнает о «Морской Звезде» и Желтой Смерти?! Хотя я была уверена, что Братство обязательно найдет другой способ с ним поговорить, только вот…
Что будет с самим Джеймсом?
Наверное, он станет очень сильно переживать.
Но я не хотела, чтобы он переживал! Поэтому запретила себе паниковать, посмотрела на далекие горы, а потом зашагала в их сторону. Решила, что, если в этом мире где-нибудь проходит Грань, я сделаю все, чтобы ее разыскать.
…И я ее искала.
Вернее, сперва все выглядывала, переживала, тревожилась, прикидывая, как далеко отсюда до гор и что мне делать, если Грань и там не обнаружится.
Затем просто шла. Упрямо несла плащ, подумав, что ночи здесь могут быть холодными. Жакет все-таки выбросила — тащить его больше не было сил.
Шла, жалея, что не напилась как следует и не поела в горной долине перед тем, как меня закинуло в другой мир. Сейчас бы мне не помешало побольше сил! Затем стала черпать их из магического резерва — магия здесь была, причем яркая и сильная.
Брела, размышляя о словах Стенли Уффорда. О том, что папа шагнул в другой мир и пропал без вести.