– Вон та мадам, к примеру, еще со вчерашнего утра пытается соблазнить меня своим чарующим ароматом разложения, но…
– Хорошего дня, док!
– Процедура не ждет!
Оба констебля приставили пальцы к шлемам, кивнули и гулко протопали к выходу из секционного зала. После чего скрылись за дверью.
Доктор Горрин не шевелился и со стороны могло показаться, будто он просто слушает музыку, звучащую из граммофона, но на деле он вслушивался в гулкий отдаляющийся топот полицейских башмаков.
– Они ушли, – сказал аутопсист наконец, и из-под секционного стола, откинув свисавшую пологом простынь, выбрался Джаспер Доу.
– Теперь вы мне верите, доктор Горрин? – спросил он. – Эти болваны даже не удосужились узнать у паровозников про багаж профессора! Зря вы им все так подробно рассказали.
– Вы ведь понимаете, мастер Джаспер, – угрюмо проговорил аутопсист, – что я не мог скрывать детали вскрытия от полиции? К тому же, я все это рассказывал скорее вам, чем им.
– Конечно, доктор, – сказал Джаспер. – Я непременно сообщу все дядюшке.
Доктор Горрин подошел к мальчику и снова приложил два своих ледяных пальца к его шее, нащупывая пульс.
– Ой, доктор! – рассмеялся Джаспер. – Все со мной в порядке. Инфлюэнца давно прошла.
– Инфлюэнца? Доктор Доу так сказал? В смысле, – он замялся, – вы ею болели в своей поездке?
– Ну да.
– Я очень рад вас видеть, мастер Джаспер.
«Ну вот, снова, – подумал Джаспер. – Это точно дядюшка! И зачем он им всем такое наплел?»
– Что вы, доктор! – воскликнул мальчик. – Как бы я смог оставить дядюшку здесь одного? Он бы точно пропал без меня.
– Так и есть. – Коронер взял себя в руки, вытащил монокль из глаза и, повернувшись к покойнику, принялся протирать стеклышко платком.
– Дядюшка сейчас как раз занят поиском существа. Уверен, он уже допрашивает Вамбу.
– Вамбу?
– Туземца с болотной лихорадкой.
Коронер кивнул.
– Будем надеяться, предмет, который был вшит под подкладку профессорского пиджака, поможет вам в расследовании, мастер Джаспер.