Марк листал страницы, поглядывая на рисунки. Одну страницу торопливо перелистнул сам Ян, а потом пристально взглянул на портрет Аниты.
— Извини, я заберу, — он захлопнул книжку и медленно убрал в карман шинели.
— Да, старина, как хочешь.
— Сейчас у нас будет много работы, парни, — сказал я. — Нам нужно…"
"— Господин генерал! — меня окликнул посланник, лейтенант императорской гвардии в чёрном нагруднике элитного штурмовика. — Её Императорское Высочество прибыло, как вы и просили.
— Я не просил, — тихо пробормотал я.
Какого хрена там произошло? Громова сама проявила инициативу или что? Здесь для неё смертельно опасно.
— Поехали на север, — приказал я водителю.
Ставку для Катерины разместили в одной из гостиниц к северу от города, почти не пострадавшей от боёв. Белое двухэтажное здание, которое облепили со всех сторон гвардейцы. Рядом стоял старый Эквит «Папаша Рин», учебный шагоход из академии, много раз подбитый и восстановленный, который прибыл с основными войсками.
— Генерал Загорский, — Катерина в военной шинели стояла у двух зелёных деревьев. — Мы прибыли…
— Рад вас видеть, Ваше Императорское Высочество, — буркнул я. — Нужно поговорить.
Это уже мало напоминало официальный протокол, но времени совсем мало.
— Ты чего творишь? — спросил я, когда мы зашли на кухню, где никого не было. — Тут линия фронта, бои вот-вот возобновятся.
— Но ты же сам, — Катерина непонимающе посмотрела на меня. — Я хотела поехать ещё тогда, ты запретил! А потом прислал радиограмму, где просишь приехать меня и выступить перед жителями города и вражеской армией, чтобы они сдались. Я и отправилась.
— Это опасная идея… зараза, я вообще такое не присылал, — я подошёл к окну и распахнул её. — Радича ко мне, живо!
— Нас кто-то обманул? — до Громовой дошло.
— Да, — я сел за стол, на котором были разложены ножи и порезанные овощи, в основном прошлогодний картофель, с чёрными пятнами.
— Но ведь, — она села рядом, и намного ближе, чем позволял протокол. — Все говорят, что война почти закончилась.
— Нет, — я постучал пальцами по гладкому столу. — У нас остался Рэгвард, он засел там, в академии. Надо разобраться с этим. Причём так, чтобы это дело закончили мы, а не наши внуки.