– Носи, милая, все это – твое, – улыбнулась Саломэ и поцеловала обомлевшую невестку в лоб.
* * *«Жизнь – бесконечная партия с одиночеством, в которой невозможно победить», – думал Самсон, переводя взгляд с одного угла потолка на другой. Если не надевать очки, казалось, что это комната его детства: тяжелые, крашеные в темно-ореховый деревянные балки, поддерживающие побеленный каменный свод; вечерами тень от светильников рисует на стенах причудливые фигуры, днями по комнате гуляют солнечные лучи, отражая на натертых полах узор штор.
Тут будет реклама 1
Если же надеть очки – колесико времени сразу же прокручивается на множество лет вперед, состаривая реальность: скрипучий вытертый паркет, линялые балки, пыльные стены и потолок в густой и липкой бахроме паутины. Лампочки в светильниках давно перегорели, заменить их было некому, да и надобности не было никакой – электричеством Самсон почти не пользовался, если только телевизор включал. Под его мерцающий экран и жил, не особо замечая смены дня и ночи.
Тут будет реклама 2
Спал, когда спится, бодрствовал, когда маялся бессонницей. Щелкал бесцельно пультом: раньше переключался со спортивных соревнований на новости и обратно, теперь же смотрел без разбору все подряд, не вникая в смысл. Спроси его, что в мире происходит, он пожмет плечами – ерунда! И в сущности, не ошибется.
Десять с лишним лет Самсон почти не выходил из дому. Беспросветно ныли суставы ног, приходилось передвигаться с помощью костылей, а с ними далеко не уйдешь. Раз в неделю заглядывала женщина из социальной службы, приносила нужные продукты и лекарства.
Тут будет реклама 3
С уборкой и стиркой помогала Анания, правда, не часто и не особенно тщательно – сама уже в том возрасте, когда особо не побегаешь. С готовкой выручала Тамара: сварганит целую кастрюлю постного борща или толмы навертит, часть отварит, часть уберет в морозилку, на потом. Иногда вкусного с детьми передаст – несколько кусочков гаты, свежевыпеченный круг хлеба или головку домашнего малосольного сыра.
Тут будет реклама 4
"
"Самсон этому сыру особенно радовался, потому что любил приготовить его на завтрак: распускал в сковороде со сливочным маслом, взбивал до пены пару яиц, вливал в сыр, легонько перемешивал и зажаривал на среднем огне до румяной корочки, не накрывая крышкой. Верх омлета тогда оставался влажно-тягучим, можно было есть, макая туда кусочки хлеба. И только потом нужно было аккуратно сковырнуть сырную корочку ножом и смаковать ее, запивая чаем.
