Фернандо был уверен, что сильно калечить не будут – никаких деревянных треугольников между пальцев, переломанных конечностей, вывернутых суставов, отбитых внутренностей. Наверняка “гость” столь высокого ранга знает методы поинтереснее. Наследный принц ждал. Ждал и его жаждущий игры дьявол.
– Ты упорен, мальчик. Что же, как знаешь, – Ксанте поднялся и оказался сзади, беря юношу за плечи. – Я заставлю тебя все равно, – шепнул голос на ухо. – И все увидят твой позор.
Ухмылка Фернандо становилась все язвительнее.
– И какой же позор вы намереваетесь продемонстрировать? – секундное молчание, и голос снова ровный и любезный, как будто молодой человек сидит не в камере, а находится в бальной зале с приятным собеседником. Как ни странно, это было во многом так. Наследник никогда не упускал возможности поучиться, даже у тех, кто об этом не подозревал. – Инквизитор.
– Вы увидите сами какой, – мужчина коснулся основания шеи чем-то острым и тотчас острое жжение прошлось по позвоночнику.
Фернандо вслушивался в тело, стараясь понять, с чем он имеет дело. Афродизиак? Яд? Хотя был только укол – с таким принц еще не сталкивался. Если царапиной пытались ввести яд, что впрочем странно, то противоядия отца Франсиса должны помочь. Размышления выполняли еще и другую функцию – чем активнее работает мозг, тем легче отключиться от тела.
– Вы пользуетесь снадобьями, принц, я видел их много у вас, – сказал голос.
– Меня иногда мучают головные боли, – Фернандо уже говорил это, и эта болезнь может быть оправданием всему разнообразию пузырьков – слишком уж по-разному можно лечить голову. – Кроме этого я регулярно принимаю противоядия, – продолжил юноша ровным тоном. Пусть теперь подумает, чем травить.
– Я просмотрел все наборы. Вы лжете, Фернандо, потому что некоторые снимают приступы.
Принц чуть не рассмеялся от столь наивной провокации. Сказали, как же. Некому сказать. Некому показать, в какой именно бутылочке хранится необходимое, кроме отца Франсиса – только он знал полностью и рецепт, и как варить зелье. Обещал рассказать придворному лекарю, как только тот сможет правильно все сделать, но пока не успел.