Они предлагали сдать город на условии, что жители уйдут, оставив осаждавшим все золото, серебро и прочие ценности. Король Афонсу готов был согласиться на такие условия. Зато большинству крестоносцев условия не понравились. Во-первых, сами жители – тоже добыча, особенно девушки и женщины. Во-вторых, осажденные наверняка унесут часть сокровищ. В-третьих, непонятно было, кому все достанется? Скорее всего, королю и его приближенным, а крестоносцам перепадут крохи. А вот если возьмут город штурмом, тогда каждый получит то, что найдет первым, и, может быть, отдаст крохи королю.
Король Афонсу в окружении своей свиты стоял возле шатра в полной растерянности. Он смотрел на лагерь крестоносцев, которые, не обращая на короля внимания, выясняли отношения друг с другом.
– Почему они дерутся? – спросил он.
– Делят добычу, – ответил я и рассказал, что именно не нравится крестоносцам.
– Когда договаривались, я поклялся им, что добыча будет поделена поровну! – возмутился король Афонсу.
– Они не знают, что такое поровну. Кто сильней, тот и получит больше. Сейчас они устраняют слабых, – объяснил я. – Если позволишь, наведу порядок.
– Наведи, – произнес он равнодушно, будто потерял веру в разум.
– Дай мне четырех трубачей, – обратился я к сенешалю Родригу де Коста.
Сопровождавшим меня четырем брабантским рыцарям указал направление движения каждого и текст, который они должны произнести, после того, как протрубит трубач: Текст гласил:
– Король Афонсу не даст никакого ответа лиссабонцам, пока в лагере не прекратятся беспорядки и командиры всех отрядов не прибудут к нему на совещание об условиях сдачи города.
Брабантские рыцари с португальскими трубачами отправились в разные стороны лагеря осаждающих, чтобы донести до них королевское послание. Оно было быстро услышано. Лагерь затих.