И по нашей информации, Кессельринг ведет переговоры с американцами, через посредничество очень незаконопослушных сицилийских джентльменов – и рад бы сдаться, но боится не удержать фронт против русских, когда они начнут наступать. А начнут обязательно – после переговоров Сталина с папой, вернуть Святой Престол в Рим стало для русских вопросом престижа. Господи, Бэзил, вы помните, какие хитрые многоходовые схемы плели мы перед войной, ради интересов Британии в Средиземноморье? И вот все летит к чертям! Русский медведь нагло ввалился в нашу посудную лавку и уселся посреди – и попробуйте его выгнать!"
"– Ну, Уинстон, у нас ведь есть козырная карта.
Что, если распространить «испанский» план на всю Европу? Подкрепив дипломатию даже не силой – это, пожалуй, будет неуместно, – а общественным мнением? Для начала – побольше и погромче кричать о гуннских зверствах, превратить Германию в филиал ада на земле в глазах толпы.
Тем более что материала, и правдивого, тут более чем достаточно! Убедить всех – и наш электорат, и янки, и само же население стран Еврорейха – в своей безграничной виновности! А виновный должен платить – кто против, тот пособник фашизма! Германия, Франция, Испания, Италия, Голландия с Бельгией, кто там еще – все должны будут заплатить нам за нанесенный ущерб, это ведь будет справедливо. Думаю, что и Сталин не сможет возразить. Ну, а дальше все просто – или платите нам совершенно неподъемную сумму – проклятые фашисты, вы еще смеете торговаться за свои преступления? – или идите на политические и экономические уступки, какие мы укажем.
Для каждой овцы, намеченной к стрижке, свои – или передача в нашу собственность контрольного пакета всей промышленности, или долг, какой придется платить до конца двадцатого века, или и в самом деле уплата доли золотом, у кого оно осталось, или передача финансов под внешнее управление, как было с османской Турцией – тут полная свобода нашего выбора.
И конечно, политика – ограничения для коммунистов и прочих левых, наши военные базы, военный и политический союз. Ну и каяться навек за свое участие в Еврорейхе, молить у нас своего отпущения грехов – и даже не думать, что в обозримом будущем сумеют встать с нами на равных!
– У этого великолепного плана есть лишь одно «но», Бэзил.
