Испытания, которые проводились периодически, показали, что броня выдерживала обстрел автоматическим оружием, пулеметом, и не оставались вмятины от взрыва гранат. Стекло выдерживало семь винтовочных выстрелов в одну точку. Эти технические показатели вполне отвечали требованиям безопасности, так как трудно было рассчитывать на длительный обстрел во время поездки.
Наличествовали фары-прожектора – по два на каждом вагоне, на турельных станках вместе с пулеметами при боекомплекте 1200 патронов на ствол.
В каждом купе имелись хорошо замаскированные и быстро открывающиеся кобуры для автоматов и пистолетов, в помещениях охраны – укладки для фаустпатронов."
"Фактически – бронепоезд, с оборудованными огневыми точками и экипажем в полноценную роту. Плюс два бронепоезда охраны – итого батальон, из полка охраны «Лейбштандарт», подчиняющийся непосредственно Гитлеру.
Чтобы такое одолеть, нужны танки или батарея гаубиц на прямой наводке – диверсам с легким стрелковым добыча явно не по зубам. Но были в охране и слабости – во-первых, контроль железнодорожного пути по маршруту возлагался на местные власти, полицию и войска, во-вторых, поезд шел не нарушая расписания прочих поездов. И при этом полагаться на «неожиданность», что точный маршрут фюрер-поезда определялся буквально в последний момент?! Не приходило в голову, что заговорщики, имеющие достаточно возможностей, чтобы влиять на график движения – тем самым задают и «внезапно» выбранный маршрут и особого поезда? А как сказал чин из Москвы, «в заговоре не только генералы, но это вам для выполнения задачи знать не нужно».
А что делать, когда объект в поезде? Прочтите Федорова, «Подпольный обком» и «Последняя зима» – можно и других, но именно федоровское соединение специализировалось в работе по железной дороге и имело в этом наибольший опыт.
«Толу Балицкий не пожалел – заложил килограммов тридцать. Паровоз разнесло на куски, обломки так и свистели над головами у нас, залегших в окопчиках у полотна».
