Внешне он был посимпатичнее моего «кавалера», но его лексикон сильно настораживал. Бармен понял, что мы попали в переплет, и стал отвлекать разговором наших назойливых кавалеров, давая нам возможность уйти. Лучше бы он сразу вызвал охрану, чтобы та выдворила наглецов вон! Нам, конечно, удалось сбежать от них, но вскоре эти нахалы нашли нас на танцполе...
Подъезжая к мосту, я заметила ту же женщину с ребенком. Она явно двигалась не в сторону детской больницы. А куда? Может, таксист был прав? Она действительно поссорилась с мужем, взяла дочку и отправилась посреди ночи к маме.
– Простите, а можно я буду первой? – открыв окно, я крикнула первое, что пришло в голову.
Женщина резко оглянулась, и я увидела в свете уличного фонаря ее неестественно бледное лицо под копной растрепанных темных волос.
– В каком смысле? – уточнила она.
– Ну вы же вниз прыгать собираетесь, не так ли? – совершенно будничным голосом спросила я, выходя из машины и медленно приближаясь к самоубийце. – Место здесь удачное. Речка хоть и неширокая, зато глубокая и быстрая.
– Я... то есть вы, – заблеяла женщина, – не знаю, но вы это...
Руки у нее вдруг ослабли, и спящая девочка стала соскальзывать по ее телу вниз. Хорошо, что я успела ее подхватить, иначе малышка шмякнулась бы на асфальт. Я прижала девчушку к себе, она даже не проснулась.
– Как ее зовут? – уточнила я, полагая, что эта особа могла украсть чужого ребенка.