- Так что не стоит принимать ее слова близко к сердцу и грузиться из-за этого, солнце.
- Поняла тебя, пап, - киваю, улыбаясь.
- Станислав, пройдемте в мой кабинет, закончим наш разговор, пока готовится ужин. Аврора, ты можешь подождать нас здесь пока что.
Элеонора Николаевна появляется так неожиданно, что у меня закрадывается сомнение не подслушивала ли она нас. Лицо у меня пунцовым становится, хотя ничего плохого о ней мы не говорили.
- Да, конечно, - произношу присаживаясь на край дивана.
Остаюсь в одиночестве в тишине дома бабушки Дамира и не могу перестать думать о том, как тяжело было этой женщине в молодости вести бизнес в мире мужчин.
* * *Ужин проходит в напряженной обстановки. Другого я конечно же не ожидала. Спасибо, что при отце Элеонора Николаевна не упоминает темы, которые подняла при Дамире.
В этот раз она на меня поглядывает с интересом и как-то совсем по-другому. Без презрения во взгляде что ли.
Возможно ли, что ее мнение обо мне изменилось?
Мне безумно хочется знать о чем они с отцом разговаривали, хоть что-нибудь о Дамире услышать, но меня в эту тему не посвящают.
От следующего вопроса Элеоноры Николаевны я давлюсь кофе и не могу сдержать кашель.
- Как ты относишься к тому, что твоя дочь встречается с моим внуком? Не слишком ли большая у них разница в возрасте? – спрашивает невинно, к счастью речь о том, что я по ее мнению не подхожу Железнову не идет.
Я откашливаюсь, поворачиваю к отцу голову. Он абсолютно спокоен. Продолжает резать ножом стейк. Словно заранее знал, что ему могут задавать неловкие вопросы.
- Аврора и Дамир взрослые люди, не думаю, что от нашего с вами мнения что-то изменится. Они вправе сами принимать решения. Поэтому если моя дочь счастлива, то и я счастлив.
Отец подмигивает мне и на моем лице растягивается улыбка в благодарность за то, что поддержал меня. Мы с ним переглядываемся, знаем, что он сейчас не совсем правду сказал, ведь был жутко против наших отношений, но при бабушке Дамира не стал об этом говорить.
- Ясно, - коротко заключила Элеонора Николаевна, не найдя поддержки в лице моего отца. Разочарованно колупнула десертной ложкой чизкейк и громко вздохнула. – Дамир никогда не был импульсивным мальчиком, поэтому он, наверное, прежде всего хорошенько все обдумал, прежде чем сделать свой окончательный выбор.