Он чмокнул меня в нос. Усилием воли сначала прогнала страх, затем посмотрела на него и кивнула. Он рисковал куда больше меня. Так было всегда. И еще я знала, куда шла. Как до этого знала, в кого влюбилась. Что там князь потом говорил королеве, уже не прислушивалась.
Казалось, Стелла только и ждала, когда Родерик нас покинет. Она тут же поднялась с места. Гораздо легче, чем двигалась до этого.
— Оливия, мне необходимо с вами поговорить. Это срочно. Здесь есть покои, которые готовили на случай, если мне понадобится уединиться.
К моему изумлению, принц Эдвард попробовал возразить, несмотря на все правила приличия.
— Мама, у меня тоже вопросы к нашей гостье. Мечтаю узнать у светлейшей леди, как она приняла свой путь. Это крайне важно. Наставники полагают, что я должен…
Но королева не желала слушать:
— Глупости. Леди обучает девочек. Обсудишь все с Родериком. Он в курсе того, чем полагается овладеть молодому человеку твоего возраста. Вы с братом появились перед подданными и теперь немедленно возвращаетесь в Говардс.
Глава 60
В присутствии Стеллы я всегда чувствовала себя комфортно. Она умудрялась делать так, что подданные видели в ней живого человека.
Королева иногда ошибалась, хваталась за заведомо провальные проекты, тратила деньги из казны, а потом Родерик со Стефаном ломали голову, как покрыть дыру в бюджете, не поднимая налоги и не усиливая давление на доблестных фересийских торговцев. Те при любом намеке на дыру в кошельке убегали за границу.
Например, три года назад Стелла решила построить в Орсу центр красоты для женщин. Родерик, как писали газеты, на Совете голосовал против. Князь кивал на то, что красавицы в нашей стране привыкли пользоваться услугами бытовичек и лекарей и за примочками для лица на курорт не поедут. На мой взгляд, неудача постигла центр по другой причине. Они набрали магов-мужчин, и мужья не отпускали жен «прихорашиваться», а дочерей — тем более.
Стефан тогда дал добро. Подозреваю, чтобы переключить внимание жены с очередной внеплановой любовницы, к тому же, по слухам, не достигшей совершеннолетия.
Однако сейчас я смотрела на взволнованную женщину, у которой не получалось подобрать слова, и мечтала оказаться не в ее будуаре, а в тесноватой зале. Стоять в сторонке и смотреть на танцующих.
Стелла все еще молчала, пришлось начинать первой:
— Для седьмого месяца беременности вы держитесь потрясающе, Ваше Величество. Магия оживлена, потоки свежи, вы будто помолодели.