– Понял!
– Значит, все? Вопросов больше нет?
Каменев сказал:
– Вопросов нет, но «Миражу» следует обратить внимание на крайний с запада дом во втором, ближайшем к склону, ряду. Женщины, что ночью вышли из дома Кабадзе, так и остались там.
– Может, они живут в нем?
– Возможно, но ранее вечером в этом доме находились двое боевиков и еще две женщины.
– Ну и что?
– Подозрительно это.
– С постов дамы вернулись?
Ответил Макаров:
– Так точно! В 4.00!
– Хорошо, я передам Крыму о твоих подозрениях, Витя! А сейчас, Бирюков, Шепель, Ким и Самойлов, приготовиться к выдвижению на позиции.
Майор и капитан вооружились гранатометами «Муха», прапорщик проверил снайперские винтовки, старший лейтенант забросил свой автомат за спину, достав из кобуры пистолет.
В 8.27 на связь вновь вышел Крымов:
– Орион! Выводи огневую группу на позиции, часовые на верхнем и западном постах нейтрализованы. Все действия по команде «Штурм»!
– Принял! Работа по команде «Штурм»!
Отключив станцию, Тимохин приказал:
– Бирюков, Шепель, Ким, Самойлов, пошли на позиции.
Офицеры скрылись в кустарнике.
Тимохин обернулся к Гарину и Макарову:
– За Самойловым, вперед, ребята! Оттуда пойдем вниз.
Группа «Орион» рассредоточилась на вершине северного перевала в течение двух минут.
Ровно в 8.30 радиостанция Тимохина издала сигнал вызова. Александр ответил:
– Орион на связи!
Полковник Крымов приказал:
– Внимание всем! Штурм!
Александр, переключив станцию, бросил в эфир:
– Орион, штурм!
Прапорщик Бирюков прицелился и нажал на спусковой крючок бесшумной снайперской винтовки «Винторез».
На улицах находилось с десяток боевиков и столько же женщин-рабынь, когда огненные стрелы метнулись к зданиям. Прогремели четыре взрыва, и через минуту – пятый. Это Шепель разнес в клочья спутниковую тарелку на крыше дома Зелимхана Дакаева.