— Я лучше вылечу отсюда с волчьим билетом, чем стану встречаться с мальчишкой, который побежал к папочке, когда кто-то отказался исполнять роль его игрушки!
Эту тираду выдаю на одном дыхании и собираюсь уже двинуться в сторону своей машины, когда чья-то рука вцепляется в мои волосы, до боли сжимая их в кулаке.
— Ты думаешь, что я с тобой в игры играю? — взрывается Влад, притягивая меня к себе.
И я поспешно подхожу, потому что болевой порок у меня ужасно низкий, а его кулак в моих волосах даже не думал разжиматься.
— Убери-ка ты руки, Гаранин, — с облегчением слышу за спиной голос Андрея.
Хватка на моих волосах ослабевает, и я на всякий случай отбегаю от внезапно спятившего Влада подальше.
— Не лезь не в своё дело, Хмилевский, — высокомерно скалится Влад.
Андрей отвечает ему той же усмешкой.
— Ты делаешь больно сестре моей девушки, так то это очень даже моё дело.
Я с благодарностью смотрю на Яну и её парня и понимаю, что именно сестра была инициатором моей защиты.
— Что, рассчитываешь стать частью семьи? — вновь язвит Влад.
— Он уже часть семьи, — не сдерживаюсь я. — Потому что в отличие от тебя знает, что значит любить кого-то, понятно тебе, больной придурок?!
Убегаю с его глаз быстрее, чем он успевает среагировать, не став ждать Яну: сестру было кому защитить, если что.
Выруливаю с парковки и в зеркале заднего вида ловлю грозный взгляд моего мучителя, который пока что не догадывается о том, что его «игрушка» скоро сбежит. Вообще-то мне было очень жаль прощаться с этим местом — статус — не статус, а преподавательский состав здесь очень сильный; вряд ли в другом ВУЗе будет такой же. И всего этого можно было бы избежать, если бы не чёртов Влад Гаранин со своей идеей-фикс сделать меня своей.
Все следующие десять дней, в которые я жду готовность академической справки, меня трясёт и колотит от страха; новое учебное заведение подбирала с особой тщательностью — как можно дальше от предыдущего места учёбы, чтобы Владу пришлось нелегко следить за мной.