Когда мы подъехали к больнице, я дотронулась до руки Трента.
— Пожалуйста, разрешите мне войти к нему на минутку первой. Так страшно услышать о смерти сестры от полицейского!
— Разумеется, вы можете сначала его подготовить, мисс Ловеринг. Вот почему я и захватил вас с собой.
Джерри полулежал на подушках, одеяло поднималось горкой над его загипсованной ногой. Волосы были всклокочены, а на лице, как мне показалось, застыло выражение человека, предчувствующего беду.
— Ли!
Он привстал и схватил мою руку, сжав пальцы с такой силой, что я поморщилась от боли.
— Ее нашли?
Я присела на край кровати и рассказала ему все. Мне очень хотелось хоть немного утешить его, но я не знала, как это сделать.
Джерри горестно молчал, пока я не закончила. Через несколько минут он заговорил еле слышно:
— Кто это сделал? Кого подозревают?
— Морской офицер до сих пор не явился с объяснениями...
Тут я с беспокойством подумала, что за дверью ждет лейтенант Трент.
— Джерри, тут детектив из Нью-Йорка.
Его голубые глаза сверкнули.
— Он не должен его видеть!
— Но, Джерри, тебе придется показать ему письмо — это крайне важно. Не будешь же ты его прятать только потому, что в нем кое-что сказано про Норму...
— Дело не в этом!
Он слегка смутился.
— Я не могу показать ему это письмо, потому что его больше нет. Я считал, что обязан показать его Норме. Было еще одно, похожего содержания: Грейс написала его недели две назад, когда здесь был карантин.
— Порвала?
— Пожалуйста, Ли, не говори ему, что она это сделала. Она ненормальная, но откуда ей было знать, что это последнее письмо настолько важно? Если он спросит об этом, я скажу, что сам его уничтожил.
— Но он захочет увидеть обрывки.
— Значит, я их сжег.
— Но, Джерри, лейтенант вообразит, что Грейс написала тебе нечто важное. Он сразу поймет, что ты не мог его сжечь, лежа в постели, и решит...
— Мне совершенно все равно, что он решит! Я не собираюсь втягивать Норму.
Он не закончил фразы: мы обернулись и увидели, что лейтенант входит в палату.
Трент сочувственно улыбнулся Джерри, обошел кровать и присел у него в ногах. Последующую беседу нельзя было назвать допросом — она касалась примерно тех же вопросов, с какими он обращался ко мне: о морском офицере, интенсивной переписке, нервном состоянии Грейс, обусловившем ее странное поведение накануне. Джерри пришлось на все ответить.