Паренек видел поверженного Черного Билли. Впервые в жизни старший брат оказался в его руках."
"Том все-таки занес правую ногу. Удар пришелся Уильяму в голову сразу за ухом, но результат был совсем не таким, какого ожидал Том.
Уильям гневно взревел, обеими руками схватил Тома за ногу и рывком отбросил мальчика в заросли папоротника у тропы, а сам поднялся и набросился на Тома прежде, чем тот смог прийти в себя.
Он взгромоздился младшему брату на грудь и наклонился вперед, прижимая его руки к земле за головой.
Том не мог пошевелиться и едва дышал — Уильям всей тяжестью навалился ему на ребра.
— Ты заплатишь за это, щенок. Дорого заплатишь, обещаю, — прошипел он. — Дай только немного отдышаться, и мы покончим с этим.
Пот с его подбородка капал на запрокинутое лицо Тома.
— Я тебя ненавижу! — прохрипел Том. — Все тебя ненавидят. Мои братья, все, кто здесь работает, все, кто тебя знает, — мы все тебя ненавидим!
Уильям неожиданно отпустил одну руку Тома и с размаху хлестнул его по лицу.
— Три последние года я стараюсь научить тебя хорошим манерам, — негромко заговорил он, — но ты безнадежен.
Глаза Тома наполнили слезы боли, но он сумел набрать полный рот слюны и плюнуть в смуглое лицо над собой. Слюна стекала с подбородка Уильяма, но тот не обращал на это внимания.
— Я доберусь до тебя, Черный Билли, — тоскливым шепотом пообещал Том. — Однажды я до тебя доберусь.
— Едва ли.
Удар слева, потом справа… удары стали ритмичными. Справа. Слева. Голова Тома болталась из стороны в сторону. Он терял сознание, а избиение не прекращалось.
— Первородство, — удар, — это право, — удар, — первенца! — Удар.
Но следующий удар пришелся в спину Черному Билли.
Дориан проследовал за ними до конца тропы и видел, что Уильям творит с Томом. Пощечины, которые получал любимый брат, не менее болезненно отзывались и в Дориане. Он в отчаянии озирался в поисках оружия.
На краю тропы лежала груда сломанных сучьев.
Дориан выбрал сук толщиной в свое запястье и неслышно подполз к Уильяму сзади. Мальчик обеими руками поднял сук над головой.