Он бегом поднялся по трапу на «Серафим» — с раскрасневшимся лицом, в сдвинутом парике и с дергающимся от возбуждения ртом.
— Ты кто такой? — рявкнул он на Тома. — Где сэр Генри?
— Милорд, я сын сэра Генри Томас Кортни.
— Где твой отец, парень?
— Ждет вас внизу, милорд.
Чайлдс повернулся и показал на «Минотавр».
— Что это за корабль? Похож на нашего индийца, но я такого не знаю.
— Это старый «Минотавр», милорд, только заново покрашен.
— «Минотавр»? Вы отобрали его у пиратов? — Чайлдс не стал ждать ответа. — А тот корабль за ним? — Он показал на «Овечку».
— Еще один приз, милорд. Голландский корабль с полным грузом китайского чая.
— Иисус любит тебя. Ты поистине приносишь благие вести, парень. Веди меня к отцу.
Хэл сидел в капитанском кресле, на его ноги, скрывая раны, был наброшен бархатный плащ. Он был в темном бархатном камзоле. На груди блестела золотом и драгоценными камнями эмблема ордена Святого Георгия и Священного Грааля. Хотя его лицо было смертельно бледным, а глаза глубоко ввалились, держался он прямо и гордо.
— Добро пожаловать на борт, милорд, — приветствовал он Чайлдса. — Прошу прощения за то, что не встаю, но я нездоров.
Чайлдс схватил его руку.
— Вам добро пожаловать, сэр Генри. Не терпится услышать о ваших успехах. Я видел в доках два приза, а ваш сын дал мне некоторое представление о грузе, который вы привезли.
— Прошу садиться. — Хэл указал на кресло. — Мой отчет займет некоторое время. Я все это изложил письменно, но хотел бы рассказать с глазу на глаз.
По его знаку Том наполнил два стакана, стоявшие наготове на серебряном подносе.
Чайлдс наклонился вперед в кресле и внимательно слушал Хэла. Изредка он задавал вопрос, но по большей части слушал в восторженном молчании, особенно когда Хэл зачитывал описи груза всех четырех кораблей в эскадре. Когда наконец Хэл умолк, утомленный долгим чтением, Чайлдс взял из рук Кортни пергамент. Он внимательно изучил его, глаза его алчно горели.
Наконец он снова поднял голову.
"— С начала войны с Францией цена товаров почти удвоилась. Вместе с двумя захваченными кораблями общая стоимость приза может составить не менее пятисот тысяч фунтов. Директора Компании будут более чем благодарны, и, полагаю, я могу говорить от имени его величества, утверждая, что король наградит вас за это предприятие. Еще до конца недели вы станете Генри Кортни, бароном Дартмутским.
Чайлдс поднял стакан.
— Я знал, что сделал верный выбор, когда послал вас.