Том развернул плечи и легко взлетел на палубу шлюпа. Француз стоял у борта, перегнувшись, на голове у него была вязаная шапка, во рту глиняная трубка. Он выпрямился и вынул трубку.
— Давай сюда.
Подходя с протянутой рукой, Том увидел, что у француза великолепные подергивающиеся усы.
— Сей момент, — сказал он и оглушил француза рассчитанным ударом дубинки по левому уху. Тот молча повалился на палубу.
В следующую секунду над бортом показался Аболи и неслышно, как пантера, приземлился на босые ноги. Том видел, что один из люков на носу открыт, и оттуда пробивается слабый свет лампы.
— Кто здесь?
Вместо ответа Том ударил. Человек упал, а лежавший в соседнем гамаке тревожно вкрикнул. Аболи перевернул гамак и уронил моряка на палубу. Прежде чем тот сумел крикнуть снова, Том огрел его дубиной, и он затих.
— Есть еще?
Том быстро огляделся.
— Этот последний.
Аболи бросился к трапу, и Том вслед за ним поднялся на палубу. Фред и Реджи уже перерубили швартовы, и шлюп отходил от причала. Крик француза в каюте прозвучал глухо, и, должно быть, его никто не услышал. Гавань казалась тихой и сонной, как раньше.
— Нед? — прошептал Том, и от руля немедленно послышался ответ:
— Есть, капитан.
Даже в такой миг Том взволновался, услышав это обращение. Он хотел получить корабль, и вот у него есть корабль.
— Молодцы! Где «Ворон»?
— Прямо перед нами. Уже под парусом.
Матросы у грот-мачты шлюпа немного задержались. В темноте, на незнакомом, чужом корабле они не сразу разобрались в снастях: у французов другая система оснастки. Том подбежал к ним, и они занялись распутыванием тросов.
Тем временем шлюп разворачивало кормой, и он быстро сближался с одним из стоящих на приколе кораблей. Том видел, что им грозит столкновение, которое может повредить корпус.
Француз на приближающемся к ним судне закричал:
— Осторожней, олухи! Вы протараните нас!
— Готовьте багры! — сказал кто-то из людей Тома по-английски.
На том корабле немедленно послышались крики:
— Merde! Ils sont Anglais![15]
Том выхватил из путаницы канатов главный фал.