— Ты готов продать свою страну и свой народ, даже родного отца. А какова цена? Какую цену предложила тебе Порта, Заян? Сесть на трон турецкой марионеткой в Маскате?
Заян аль-Дин уселся в тени навеса рядом с командующим, и слуга подал ему чашку. Заян принялся пить, и Дориан увидел, что он отрастил тощую спутанную бороду, но щеки у него гладкие и полные. Он смотрел прямо на Дориана, который снял кефию и потряс золотыми кудрями. Чашка выпала из рук Заяна — он узнал Дориана.
Дориан весело помахал ему. Заян не ответил, но как будто осел, прижался к земле, точно разбухшая жаба.
— Берегись, аль-Салил! — крикнул один из наблюдателей. — Они идут!
— Сколько их? — крикнул Дориан и присел за камнем рядом с Ахмедом.
— Много! — послышалось в ответ. — Слишком много.
С этой стороны утесы образовали равный контрфорс, который поворачивал вокруг самого себя и не давал разглядеть карниз больше чем на двадцать шагов.
— Готовьтесь, — негромко сказал своим людям Дориан. — Подождите. Пусть подойдут ближе.
Неожиданно из-за поворота карниза показались турки и бросились прямо на них. Карниз позволял встать в ряд только троим, но остальные шли за ними, наступая им на пятки.
— Аллах акбар! — вопили турки. — Бог велик!
Впереди двигался высокий рябой человек в стальном сарацинском шлеме, в кольчуге, с топором в руках.
Он был на расстоянии вытянутой руки. Ствол джезейла почти коснулся его лица и тогда Дориан выстрелил. Пуля попала турку в горло, он упал на колени, зажимая рану. Между его пальцами показалась густая вязкая кровь из перебитой артерии, и турок ткнулся лицом в землю.
Дориан отбросил разряженный мушкет, схватил лежавший рядом заряженный и взвел курок. Новый турок перескочил через умирающего, и Дориан выстрелил ему в грудь. Тот упал на каменный карниз, дергаясь и корчась.
Враги появлялись по трое, но сразу за ними шли другие и спешили занять место павшего.
Дориану нравилось ощущение хорошего оружия в руках. Клинок, который он сейчас держал в руках, ему подарил принц на прощание, когда Дориан отплывал из Ламу.