– У деда подземный ход есть, из сортира. А я Оксанку пошлю. Скажу, достань-ка мне какой-нибудь айбасы. Она залезет, а ты ее обласкай там. Разговор заведи – про свою тундару, про шаманство… Только смотри, не напугай!
Внук слегка оживился:
– Тутан, тутан… Хатыныны тутан! Окосана юрюнг курдук! Та Юрко ызык сапыл…
– Ничего, поймет! Когда тебе говорят «юрюнг» – оно всегда тутан. Если что, шаманской мове научишь. Да в темноте, Юрко, ты больше не языком, а руками работай. Да только не хватай сразу, как твой дед. А то и схлопотать недолго.
– Баба Сава санаабар, мутрый баба, – подумав, сказал Юрко. – Как старый шаман…
Схватил котомку с луком и бубен, однако бабка отняла и на стену повесила:
– Я еще тот шаман! А это там тебе не пригодится.
Елизавета Трофимовна вышла из бани, огляделась – вроде никого, поманила за собой внука. Сортир стоял на отшибе, увитый буйным хмелем, а за ним уже начинались огороды и сараи: Куров все продумал, как ходить через границу незамеченным.
– Иди!
Юрко отшатнулся:
– Айбасы! Слой дух!
– А ты думал, как? Чтоб тыала хотун, надо через всякие тернии пройти.
Внук зажал нос и скрылся в сортире. А Сова в тот же час побежала в хату, где дед с Оксаной сидели уставившись в телевизор и оба уже подремывали. Бабка поманила Курова пальцем и увела на улицу.
– Идем-ка со мной, – прошептала соблазнительно. – Я тебе что-то покажу.
– Куда? – Дед уже намеревался перебраться на кровать.
– В баню.
– Так, поди, уже остыла? – Он вдруг ожил и заозирался.
– Конечно, остыла.
– А что покажешь-то?
– Узнаешь, пошли!
Куров пошел как-то неуверенно, словно на ходулях, при этом ему что-то мешало. Бабка завела его в баню и указала на полок:
– Ложись и спи!
– А показать?
– На! – Сова сняла со стенки бубен. – Учись шаманить!
– Ну, шаманить-то я умею!
Бабка не дала ему договорить, вышла и закрыла дверь на замок.
Вернувшись в хату, растолкала дремлющую Оксану.
– А давай-ка с тобой по рюмке! – задорно предложила. – Хватит дремать!
– Юрко не пришел? – сонно спросила та.
– Нету что-то…
– Как бы его американец не подстрелил…
– Да где ему шаманов стрелять! Девок разве что, и то дурочек каких-нибудь…
– А вот возьму и соблазню его, – с грустной мечтательностью вымолвила Оксана. – Он еще не знает коварства хохлуш. Пыжится чего-то… Присушу, заколдую, обворожу – с ума сойдет. И потом с ним в его Америку уеду.