Муж напрокат

― Уверен, что ты готовишь божественно, но… ― он замялся, крепко сжимая спинку пустого стула, ― я нужен Карен. Мне пора. Спасибо.

Он поцеловал детей в лоб и, резко развернувшись, пошел к выходу. Колин в рекордно короткие сроки натянул ботинки и выпрямился. Я уже стояла перед ним, готовая запереть дверь, как только он выйдет. Мастерс замер, глядя на меня. Сейчас на его лице не было улыбки, а во взгляде ― игривости. Он протянул руку и, схватив меня за затылок, крепко прижал к своей груди. Поцеловав в макушку, Колин тихо сказал:

― Если бы я мог все изменить, Лана, я бы это сделал.

Потом он наклонился и, заключив в ладони мое лицо, прижался своими губами к моим. Ни языка, ни напора, ни страсти. Просто прижался и удерживал нас так несколько ударов сердца. А потом, не поднимая взгляда, отстранился и вышел, оставив меня касаться губ кончиками пальцев и вдыхать запах его туалетной воды, который до сих пор не выветрился из нашего дома.

Глава 34

Мама внимательно слушала мой рассказ и периодически вздыхала.

― Этот твой Колин, как собака на сене, Лана.

Я, конечно, благодарна ему ― как и все мы ― за его благородный поступок. Но спать с тобой ― это было лишним.

― Мам, я была не против.

― Ох, Лана, ты была в таких обстоятельствах, которыми он не должен был пользоваться.

― При чем тут обстоятельства, мам? ― я начинала раздражаться от того, что она видела Колина в негативном свете. А еще злилась сама на себя за то, что рассказала ей о наших с ним отношениях, и теперь мне приходилось расхлебывать последствия своего бездумного желания поделиться хоть с кем-то.

Раньше такое я бы поведала Ксюше, и мама даже не узнала бы о нас с Мастерсом. Но после смерти сестры мама осталась единственным человеком, кому я могла поведать о сокровенном. Хотя впредь я трижды подумаю, прежде чем сделаю это.

― А при том, ― безапелляционно заявила она. ― Девицу в беде использовать всегда проще.

― Мам, он не использовал. Он помог мне и детям.

― Помог, и ты ему отплатила… гм… своим телом. А теперь отпусти, и пусть идет к своей беременнй невесте.

Лана, женщина должна уважать себя и не довольствоваться вторыми ролями. Та, у которой есть гордость, всегда занимает самую верхнюю позицию. Я именно так воспитывала своих девочек, ― мама шмыгнула носом, и я поняла, что она снова думала о Ксюше.

― Хорошо, ― мне проще было согласиться с ней, чем затевать бесполезный спор, который я все равно не выиграю. Сколько бы люди ни спорили, в конце все равно каждый останется при своем изначальном мнении.